Мой синеокий край. 2015

пороли шомполами, плетьми, сажа- ли в тюрьмы всех, кто проявлял со- противление насилию и произволу. ИЗ СТАТЬИ Г. СТЕПАНОВА «ЧЕРНЫЕ ДНИ» «Тут и там вспыхивали ко‑ стры и пожарища, разда‑ вался свист нагаек и шом‑ полов, рекой лились кровь и слезы замученных людей. Поддерживаемый кулацкой верхушкой деревни, Кол‑ чак жестоко расправлялся с большевиками и сочув‑ ствующими им. Именно в эти дни в на‑ роде пелась песня, расска‑ зывающая об одном траги‑ ческом эпизоде, имевшем место в деревне Черный Дол Алтайского края: «Взойду я на гору крутую, Село родное погляжу: Горит село, горит родное… Горит вся родина моя» Большевики деревни Ка‑ зачья попытались оказать сопротивление врагу. Но слишком малочисленны они были! Не было оружия, а природные условия — с одной стороны, простира‑ ющееся на десятки верст озеро Чаны, с другой, от‑ крытая степь — не позво‑ ляли укрыться не только их семьям, но и им самим. Тем не менее на одном из собраний, где присутство‑ вали делегаты от деревень Чебаклы и Квашнинки, было решено на тракте око‑ ло озера Рыбального уста‑ новить сторожевую заста‑ ву. Сигнал ее должен был послужить началом эваку‑ ации семей в большое Ка‑ навское займище. Однако враг оказался хи‑ трым. Глубокой февраль‑ ской ночью по ледяной до‑ роге юдинских рыбаков он неожиданно нагрянул в деревню. Все 9 коммунистов были схвачены. Отряд колчаковцев воз‑ главлял комендант горо‑ да Татарска поручик Михе‑ ев. Сын кулака Купинского района, выслужившийся в империалистическую вой‑ ну до офицерского чина, он олицетворял собою насто‑ ящего палача, верного пса царского адмирала. Привели на допрос свя‑ занного по рукам Агафона Лобанова. Было очевидно, что кол‑ чаковец заведомо рассчи‑ тывал получить от него все сведения, касавшиеся мест‑ ных большевиков: Агафон Лобанов в деревне считался самым бедным, загнанным, робким человеком. Развалившись в крес‑ ле парадной горницы Ан‑ дрея Куратова, офицер дол‑ го изучал этого маленького, черного, заметно седеюще‑ го мужика. Потом вдруг гаркнул: — Большевик? Агафон поднял голову. Тихо ответил: — Нет. Рядом с офицером, дугою раскинув ноги, сидел хозя‑ ин горницы, Андрей Федо‑ рович Куратов. От углов его рта к подбородку змейкой ползла ехидная улыбка. — А ты не запирайся, Агафон, — вкрадчиво заго‑ ворил Андрей, — в списке 17 История возникновения района