408 РАЗДЕЛ III радовалась вся деревня. Умели радоваться за ближнего. Второе десятилетие я бы назвала порой своего гражданского становления. Училась нормально. Рисовать, правда, не могла – только лепестки от ромашки получались. Но друзья выручали. Была, правда, поначалу проблема с чтением: у меня хорошая память. И хотя букварь тогда изучали целый год, с легкостью воспроизводя его содержание, я буквами не пользовалась. Прошло полгода, когда отец обнаружил, что я все еще не умею читать. Досталось, конечно (нет, он не бил – ставил на коленки). Но и стал заниматься со мной, поговорил с учительницей. Короче, вытащили меня из «прорыва». Пионерская, комсомольская организации. Была старостой, комсоргом, участвовала в сборах, праздниках, конференциях. Хотя, вообще-то, была тихой, скромной девочкой (когда годы спустя приехала с мужем и вышла на сцену – деревня удивилась). Нам никогда не было скучно. Несколько смущались на центральной усадьбе, зато в своей деревне – сами себе хозяева. У нас свои запевалы, мы сами устраивали себе вечера, танцы, праздники. И вообще, что бы там ни говорили, комсомольская организация была хорошей школой общения, гражданского становления. Она давала много положительного и для души, и для всестороннего развития человека. К тому же десятилетию отнесла бы еще один подарок судьбы – воспитателя нашего интерната Ксению Васильевну Чернышенко. Умная, деликатная женщина. 9–10 классы – это не только тангенсы и котангенсы, но и зарождающаяся любовь. И присутствие рядом такого чуткого, мудрого человека, пользовавшегося нашим безграничным уважением и доверием, способного языком и сердцем родной матери объяснить, что хорошо, а что плохо, избавило нас от ошибок молодости, уберегло от душевных травм. Шестидесятые годы ознаменованы разногласиями с отцом. Он меня нацеливал на педагогический институт, а я хотела в сельскохозяйственный. Жизнь покажет, что он был прав, а тогда... Я его послушалась, благополучно сдала несколько экзаменов на физмат, пришла сдавать физику и... не стала сдавать. Вернулась домой. А потом поехала в Бердск, вышла замуж и уехала в Тальменку (Искитимского района), работала старшей вожатой, с утра до вечера – в школе. С удовольствием! Многому научилась у директора школы, у ребятишек. Надеюсь, что и я им что-то дала – отличные были ребята. Особенно увлекала их художественная самодеятельность. В конкурсах занимали первые места. Благодаря мужу Александру Романовичу, конечно, который работал учителем пения. Одареннейший был человек... (В 1992 году в районной газете «Кулундинская новь» была напечатана заметка Н. Рудаковой о Валентине Николаевне, начинавшаяся такими строками: «–А сейчас на нашей сцене Александр и Валентина Скрылевы! Встречайте! Все, кто сидел в зрительном зале, зааплодировали, невидимый за кулисами баянист мастерски прошелся по кнопкам, зажурчала, переливаясь лирическими переборами, вольная русская мелодия. И медленной, в такт песне, походкой, словно на прогулке по вечерней
RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2