Календарь знаменательных и памятных дат по Новосибирской области, 2020 год - 2020

128 станцию Чик, и тем самым перерезать желез- ную дорогу, была отбита направлявшимся на Западный фронт против Врангеля отрядом в 500 человек 458-го полка. Дальнейшим пре- следованием отступавших повстанцев зани- мался прибывший на станцию отряд в двести человек под командованием С. Г. Гиршовича. Поскольку повстанцам не удалось перере- зать железную дорогу западнее Новоникола- евска, они предприняли попытку сделать это восточнее города, однако взять станцию Сокур им также не удалось. Направленным про- тив них частям удалось не только удержать станцию, но и начать активное преследование повстанцев. 9 июля отряды по подавлению восстания действовавшие разрозненно были сведены под командование командира 64-й бригады ВОХР С. Г. Пичугова, а весь район от станции Дупленской до Ояша был разделён на 3 бо- евых участка: восточный – от станции Ояш до западного берега Оби, средний – колыван- ское направление и западный – от Кривощё- ково до станции Дупленской. Отряду среднего участка требовалось взять Колывань и пре- следовать повстанцев, восточного участка – ликвидировать мятежников на дубровинском направлении, оттесняя их к Оби, где средний участок должен был ударить в тыл повстан- цам, тем самым разбить их основные силы. На следующий день пароходный десант из Новониколаевска высадился на приста- ни Скала и двинулся на Колывань. После артиллерийского обстрела города его гар- низон сдался. Постепенно были заняты все сёла, которые служили базой для повстанцев. К 11 июля основные очаги восстания были ликвидированы. В связи с этим осадное поло- жение в Новониколаевске было снято, а Воен- но-революционный комитет распущен. В Колывани и освобождённых от повстан- цев сёлах были организованы ревкомы, кото- рые обезоруживали население, арестовывали активных участников восстания, объявляли развёрстки. Изучение причин восстания началось сра- зу же после его подавления. Первые газетные публикации объявили виновниками деревен- ских кулаков и рассеявшихся во время отсту- пления колчаковской армии белогвардейцев. Это и стало основой «концепции» советских историков, концентрировавших внимание на «анархистском» и «кулацком» характере восстания. Следует отметить, что данная тема была для советской историографии второсте- пенной по сравнению с партизанским дви- жением в тылу Колчака, в котором историки усиленно искали «большевистское руковод- ство». В постсоветской историографии приори- теты поменялись. Теперь о восстаниях в годы Гражданской войны предпочитали писать как можно меньше, чтобы не деформировать мифологический образ «рыцарей белой идеи», якобы бескорыстно сражавшихся «за Россию». Зато крестьянским восстаниям периода вос- становления советской власти приписыва- ли чуть не характер борьбы с мировым злом под названием «коммунизм», а концептуаль- ные построения свелись к идее «кровожад- ных коммунистов», безжалостно собиравших с тёмных крестьян продразвёрстку. Нет не- обходимости говорить, что подобного рода по- строения – всего лишь новый идеологический штамп теперь уже постсоветской российской действительности. На самом деле причина крестьянских вос- станий в Сибири в 1920 г. достаточно очевид- на: стоит лишь сравнить их с восстаниями в 1918 г., в период так называемой демократи- ческой контрреволюции, когда крестьяне вы- ступили против «народной» эсеровской власти, пытавшейся провести мобилизации и рекви- зиции продовольствия и лошадей в сибирской деревне. Крестьянство в силу своей мелкобуржуаз- ной природы выступало против всякой дикта- туры – и буржуазии, и пролетариата, в конеч- ном счёте, сделав выбор в пользу последнего, как более близкого к крестьянству по своему социально-классовому составу. В. Г. Кокоулин