Фламмарион К., Живописная астрономия-1900

д.иек -0 ѵглубилпоь нъ прошедшее-, когда смотримъ на древнія пирамиды, еще стоящія до сихъ поръ на равнннахъ Егннта, наобелиски, иснещренные таинственнымп іеро- глифами, на безмолвные храмы Ассирін, на древнія пагоды Индіи, на ндоловъМек- сики н Перу, когда разиыщляемъ о вѣковыхъ предапіяхъ Авін н нашихъ предковъ аріііцевъ, объ орудіяхъ каиеннаго вѣка, объ оружіи пзъ тесаннаго кремня, о стрѣ- лахъ, копьяхъ, ножахъ, скребкахъ, пращныхъ камняхъ пашего первобытнаго вар- варства... хотя едва смѣемъ нрн этомъ говорить о какомъ нибудь десяткѣ, двухъ десяткахъ тысячъ лѣтъ! Но даже еслнбы мыдонустнли сто тысячъ лѣтъ жизни нашего рода, етоль медленно совершенствующагося, такъ нтогда что такое зпачило бы это время сравнитёльно съ баснословною грудою вѣковъ, нредшествовавшнхъ намъ въ исторіи нашей планеты! Если допустить только сотню тысячъ лѣтъ для четвертнчнаго періода, т. р. для періода до снхъ продолжающагося вида прнроды, то мы видимъ, что третичный не- рі(»дъ долженъ бы.іъ царить на землѣ втеченіе 500 тысячъ лѣтъ; вторпчный періодъ тянулся 2 мп.іліона 300 тысячъ лѣтъ, первичный 6 милл. 400 тысячъ лѣтъ и на- конецъ періодъ первобытный— впродо.іженіе 10 милліоновъ 700 тысячъ лѣтъ. Всего выходитъ 20 мн.іліоновъ л і і т ъ ! Н<>что значптъ опять эта исторія жизни сравнительно со всею исторіей земного шара, потому что нужно было болѣе 300 милліоновъ годовъ для того, чтобы сдѣлать землю твердою, понизивъ ея поверхностную температуру до 2(10 градуеовъ? II сколько ии.тліоновъ нужно прибавить къ этому, чтобъ пред- ставить время, потребовавшееся на пониженіе температуры отъ 200 до 70 граду- совъ, до этого вѣроятнаго максимума, при которомъ возможна органическая жизнь? Изученіе ыіровъ открываетъ намъ во времени столь же обшпрные горизонты, какъ н горизонты пространства, развертьшающіеся предъ нами. Оно даетъ намъ чувствовать вѣчность, точно также какъ и безконечность... Всѣ мы .иобуемся теперь восхитительными картннами земной природы, этими зеленѣющими холмами, благоухающими лугами, журчащнми ручейками, задумчиво дрем.іющпмилѣсами, этпми жнвыми«цвѣтами, которыя представляются намъ въвидѣ пѣвчихъ нтнцъ; горами, увѣнчанными снѣгомъ н льдомъ, безпредѣ.іьностью моря, велпчественнымн закатамн со.інца среди облаковъ, окаймленныхъ золотомъ и нур- нуромъ; торжественными восходами солнца на вершинѣ го]іъ, озаренныхъ всеюрос- кошью цвѣтовъ утренней зари, когда первые лучи утра нроникаютъ въ сѣроватыіі туманъ до.іины. Мы любуемся дѣлами рукъ человѣка, увѣнчиваюіцими въ наше время пронзведенія прнроды, каковы: мосты, смѣло переброшенные съ одной горына Другую,но которымъ сн.іа нара движетъ страшпыя тяжести; корабли, эти чпсто вол- шебные дворцы, бороздящіе новерхность океановъ; великолѣпные, нолные жизни го- рода;дво]іцы п храмы; бнбліотеки, музеи созданій человѣческаго ума; пластнка и живопись, идеализируюіціядѣйствнтельиость; музыка, заставляющая насъзабывать пошлость жизни; созданія умственнаго генія, изслѣдѵющаго и раскрывающаго тайны міровъ и переносящаго насъ въ безконечность... Мыживемъ, мынаслаждаемся этой лучезарной жизнью, въ которую еамн мы входнмъ составною частыо; но вся эта красота, всѣ э т і і цвѣты, всѣ эти плоды, всеэто—преходяще. Земля родилась, и она умретъ. Она умретъ плп отъ старости, когда истощатся ея жизненные элементы, чли отъ того, что ногаснетъ солнце, на лучахъ котораго виситъ вся ея жизнь. Она можетъ умереть также п скоропостижно, случайно, вслѣдствіе удара въ нее какого нпбудь небеснаго тѣла, которое встрѣтится съ нею на пути, но такой ко- нецъ міра представляется напменѣе вѣроятнымъ. Она можетъ, говоримъ мы, уиереть естественною смертью вслѣдствіе посгепен- наго пстощенія ея жнзненныхъ силъ. І?ъсамомъ дѣ.іѣ , можно считать вѣроятнымъ, Жнвошіспая Астрономія. 6