Фламмарион К., Живописная астрономия-1900

станется съ нами на этомъ пути? Суждено ли иамъ столкнуться съ какимъ-нибудь вевидимымъ, для насъ погасшимъ солндемъ, блуждающимъ въ пространствѣ и под- стерегающимъ насъ нодобно нодводной скадѣ? Или всѣ мы, жители безконечностн, несемся въ одно какое-то мѣсто, гдѣ должны сосрсдоточиті.ся всѣ силы, всѣ богат- ства и сокровища природы? Погибнемъ ли мы въ нолной неизвѣстности, такъ что никто о насъ никогда и ничего не узнаетъ, и всѣ эти страшныя движенія влекутъ всѣ міры со всѣмъ ихъ населеніемъ въ бездну вѣчности, ліе имѣя никакой онредѣ- ленной цѣли? Солпца, окружающія насъ въ безконечномъ пространствѣ, имѣютъ лн они какую-ннбудь связь со свѣтиломъ, освѣіцающимъ насъ, составляюгъ ли съ нимъ какую-нибудь систему, подобно планетамъ, состоящимъ съ нимъ въ подобной связи; и наше Солнце, не тяготѣетъ ли оно къ какому-нибудь центру нритяженія? Этотъ центръ, составляюіцій ось обраіценія многихъ солнцъ, не вращается ли въ свою очередь вокругъ другого, болѣе могучаго центра? Однимъ словомъ, нредста- вляетъ ли видимая, доступная памъ вселенная одну или нѣсколько системъ? Ни- какое небесное откровеніе не снизойдетъ, чтобъ объяснить людямъ тѣ тайны, ко- торыя нхъ занпмаютъ всего болѣе, чтобъ показать имъ ихъ личное п общее назна- ченіе; у насъ нѣтъ въ этомъ отношеніи, какъ и во всякомъ другомъ, никакого руководителя кромѣ зпаиія, кромѣ наблюденія, и никто кромѣ ихъ не отнѣтитъ намъ на эти вопросы. Эта великая проблема далеко еще не получила рѣшенія даже самаго приблп- женнаго. Съ какой бы точки зрѣнія мы на нее не посмотрѣли, мы тотчасъ же оказы- ваемся лицомъ къ лицу съ безконечностыо въ нростраиствѣ и во времени. Настоящій видъ вселенной тотчасъ же ставитъ вопросъ о его состояніи въ прошедшемъ и бу- дущемъ, п нока еіце вся совокупность человѣчсскихъ позпапій доставила иамъ для рѣшенія этой грандіозной задачи лишь слабый, неопредѣленный свѣтъ, едва освѣ- щающій первые шаги той неизвѣстной и темной дороги, на которую мы встунили. Однако подобная проблема слишкомъ заманчива и привлекательна, а положитель- ная наука сдѣлала уже достаточно открытій и настолько подвинулась въ познаніи законовъ природы, что позволяетъ намъ сдѣлать попытку проникнуть въ эти вели- кія тайны. Чему же учитъ насъ общее наблюденіе неба, къ чему приводитъ насъ общій синтезъ изученія звѣздъ, что говорятъ намъ онѣ о нашемъ дѣйствительномъ положеніи въ пространствѣ? Въ тихіе, спокойные часы нашихъ лучшихъ вечеровъ какоіі задумчивый взглядъ не блуждалъ по излучинамъ и глубинамъ Млечнаго Пути, не любовался тихимъ небеснымъ сіяніемъ этой туманной дуги, что въ видѣ свода оиирдется на противоположныя точки горизонта и болѣе или менѣе высоко поднимается на небѣ, смотря по мѣсту, занимаемому наблюдателемъ, ииочасу почи? Одна иоловниа его видна надъ горизонтомъ, между тѣмъ какъ другая находится подъ нимъ, п если бы мы устранили зсмлю или сдѣлали ее нрозрачною, то увидѣли бы весь Млечный Пѵть внолнѣ, въ видѣ большого круга, пояса, охватывающаго все небо. Научнымъ изученіемъ этой свѣтлой иолосы и сравненіемъ ея со звѣзднымъ населеніемъ небесъ мы и начнемъ рѣшеніе нашей великой задачи. Направимъ телескопъ въ какую-нибудь точку этой парообразной дуги: тотчасъ же въ нолѣ телескона появягся сотни и тысячи звѣздъ, какъ бѵдто все небо исты- кано иголками. Подождемъ нѣсколько мгновеній, чтобы нашъ глазъ иривыкъ къ полной темпотѣ; тогда этп маленькія искорки заблестятъ въ телескопѣ цѣлыми тысячамн. Оставимъ циструментъ закрѣпленнымъ въ этомъ иоложеніи, когда онъ нанравленъ на то а;е самое мѣсто; и нредъ нашими изумленными глазами начнутъ проходнть цѣлыми тысячами эти далекія иолчища звѣздъ. Въ однѵ четверть часа мы увпдимъ ихъ тысячи и тысячн. Вильямъ Гершель насчиталъ ііхъ 331 000 на