Фламмарион К., Живописная астрономия-1900

Когда кавая нибудь желѣвная налка нагрѣетея настолько, что начипаетъ свѣ- титьея, она приводитъ въ колебаніе окружающій эѳиръ съ невѣроятною скоростью 450 билліоновъ колебаній въ секундѵ. Длина волны крайняго краснаго цвѣта та- кова, что нужно бы было номѣстить въ рядъдругъ задругомъ 15 000 волнъ, чтобъ вышла длииа въ одипъ сантиметръ. А такъ какъ свѣтъ пробѣгаетъ въ секунду 300 000 километровъ, т. е. 30 милліоновъ сантйметровъ, то умножая послѣднее число на 15 000, мыи получаемъ дашюе выше число 450 билліоповъ. Ивсѣэти 450 билліоновъ (450 000 000 000 000) волнъ входятъ вылазъ въ одну секунду! Замѣтимъ, что все, что исходитъ отъ Солнца и отъ всякихъ другихъ источни- ковъ свѣта, строго говоря, вовсе не свѣтъ, не тенлота— нотому что это лишь нанш ощущенія,— но толькв движеніе, невообразимо быстрое движеніе. Въ пространствѣ расп])остраняется не теплота, нотому что темнература этого пространства всюду остастся холоднѣе всякаго льда; но ѳто— и пе свѣтъ, потому что въ іірост])апствѣ всю- ду темнѣе, чѣмъ въ еамую темную полночъ. Это также не электричество, не магне- тизмъ. Это—лишь движеніе, это— быстрое колебаніе энира, переносящееся чрезъ бездны безконечности и становяіцееся ощутимымъ только. тогда, когда оно встрѣ- чаетъ преобразующее его препятствіе. Примемъ лучъ свѣта на стеклянную чечевицу, чтобъ получить отчетливый свѣтовой пучекъ, который направимъ потомъ на призму, т. е. на трехгранный кусокъ стекла; иройдя чрезъ эту призму, лучъ переломится и ио выходѣ изъ нея дастъ не бѣлый кружокъ какъ до этого, а ленту, раскрашенную всѣми радужными цвѣтами. Произведя этотъ опытъ, Ньютонъ доказалъ, что бѣлый свѣтъ норанідаетъ всѣ другіе цвѣта. Эти послѣдніе всегда располагаются въ такомъ порядкѣ: фіолѳтовый, СИІІІЙ, голубой, зѳленый, желтый, оранжепыіі, красный. Цвѣта эти отдѣляются Д]»угъ отъ друга каждыіі но своимъ особенностямъ. С'а- мый горячій изъ нихъ, красный, почтн пе нзмѣняетъ своего нрежняго направлепія и ироходитъ чреаъ іі]»и:шу почти іі]іямо; оранжевый ѵже испытываетъ вліяніе призмы и располагается далѣе краснаго; желтый отклоняется еще болѣс; зелепый, затѣмь голубой оказываются еще болѣе послушными и слабыми, они отбрасываются призмой еще далѣе. Такая раскрашенная леиточка носитъ названіе солнсчнаго спеюпра. На самомъ дѣлѣ въ ней вовсе ие семь цвѣтовъ, а безчисленное множе- ство ихъ. ІІово времена Ньютона число семъ иродолжало еще считаться священнымъ. Длипа снектра- зависитъ только отъ свѣтовыхъ лучей, т. е. отъ такпхъ, кото- рые оказываютъ дѣйствіе на сѣтчатую оболочку глаза. Нашъ глазъ начинаетъ ви- дѣть, когда эѳирныя колебанія достигаютъ числа 450 билліоновъ въ секунду, и перестаетъ видѣть, когда опи переходятъ за 700 билліоновъ— для пѵрнурно-фіоле- говаго цвѣта; за этими предѣлами нрнрода нродолжаетъ еще дѣйствовать, но уже безъ нашего вѣдома. Нѣкоторыя химическія веіцества, напримѣръ фотографиче- ская пластинка, видятъ дальше чѣмъ мы, водитъ за иредѣламя фіолетоваго цвѣта; для иасъ же эти лучи остаются сове])іііепно невидимымп. Наше ухо воспринимаетъ воздушныя колебанія отъ 32колебаній въсекунду— самый низкій звукъ, до 36 000 колебаній— самый высокій звукъ; далыие этого мы иерестаемъ слышать. Такъ ограннчеиы наши чувства, но не таковы дѣйствія ири- роды. Цвѣта, какъ и иоты гаммы, слѣдствія чиселъ; какъ въ музыкѣ, такъ и въ живониеи они безразличпо нааываются тонами. Частичное расположеніе отражающихъ нли нрозрачныхъ веіцествъ одно только производитъ различныя отраженія свѣта, т. е. обусловлнваетъ цвѣта. ( амая незна- чительная разница въ отраженіи производптъ здѣсь этотъ задумчпвый и мечга- тельный голубой глазъ, а тамъ— черный со скрытымъ въ немъ огнемъ или сѣрый