Писатели о себе. Новосибирск. Омск. Томск.-1973
слышал, что где-то есть город Бар наул со страшным о с тро гом , куда са ж аю т варнаков, а иногда и ни в чем неповинных добры х людей . Наше далекое село о кр уж ал и бере зовые рощи , и в раннем детстве я не видел ни одно го хвойного дерева, не знал, что они существуют на свете. О днажды родители в какой -то июль ский праздник , кажется Кирика и Ули ты, поехали за кислицей — красной см ородиной — в чернь, ка к называли у нас гайгу на Салаирском кр яж е , и меня взяли с собой . При въезде а чернь нас встретили маленькие елоч ки и пихты. Стройные невиданные красавицы с одно го взгляда очарова ли меня. А впереди высилась п о кры тая ароматным хвойным лесом остро верхая сопка , окутанная лиловой дым кой . И мне хотелось спры гнуть с телеги, взбежать на ее вершину , гля нуть во все стороны . Оттуда, из за манчиво го гор н о го поднебесья, на верняка видно все шире и дальше, чем видит журавль во время полете над полями и лугами. В то лето и за родилась в моем сердце н ем е р к н у щая любовь к хвойным лесам и го рам и впоследствии в значительной м ере повлияла на м ою литера турную работу . Во время войны я уже слыл в се ле «грамотеем» , помогал почтовику ра збирать кипы солдатских писем. Чтобы знать о событиях «на театрах военных действий», выписывал газе ты. То одну , то д ру гую . Попадала мне в р у ки и барнаульская «Жизнь Алтая». В мрачные годы колчаковщины больш евики , скрывавшиеся в нашем селе, рассказывали мне о политиче ских событиях то го времени , близ ко л о д р уж и л и меня с кни гой , сделали участником первых деревенских спе к таклей. М арт 1920 года принес мне боль ш ую радость : меня, дере вен с ко го па ренька , даж е не учившегося в началь ной ш коле , но принимавш его непо средственное участие во всех об щественных делах, отправили в Бар наул, на первые губернские курсы красных учителей. Мы жили в купе че ских дачах на вы соком бере гу Оби, где сейчас раскинулись великолепные сады опытной станции имени М . А. Ли- савенко. Дачи не отапливались, к о р мили нас с кудно (ни хлеба, ни мяса продовольственный комитет еще не успел заготовить в достаточном ко личестве), но мы были счастливы. Л е к ции нам читали одаренные люди : кр и тик и литературовед Гавриил Ф е д о сеев, поэт Порфирий Казанский и журналист, здравствующий ныне ста рый большевик Иван Зобачев. Они привили любовь к художественной литературе . О сенью того года я был назначен председателем волостной тройки по ликвидации неграмотности , ездил из деревни в деревню ; чем -то помогал учителям, привозил им тетради, ка рандаши, керосин . С интересом чи тал изданные в Барнауле рассказы Г. Гребенщикова , А. Новоселова, В. Ш иш кова , Ст. Исакова и А. Жиля- кова. Пробовал писать сам. Неумело и беспомощ но . М не не хватало гра мотности , ка к это позднее , ко гда я уже стал печататься, отмечал взы скательно -заботливый В. Я. Зазубрин . Но меня тянуло к земле, Я мечтал о том времени , ко гда крестьяне на учатся выращивать два да три колоса там, где раньше рос один, ко гда ос новные тяготы крестьянско го труда
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2