Писатели о себе. Новосибирск. Омск. Томск.-1973

знаю Прииртышье. Люблю нашу ре ­ ку и не единожды «ходила» по Ирты­ шу от истоков до устья почти всегда на судах-«работягах» — самоходках, буксирах, лесовозах, танкерах. На та­ ких судах лучше и больше видится. Видела труд реки , ее жизнь в труде, ее людей. Так получились у меня книги очер ­ ков «Путь реки» (Омск , 1958), «На бе­ регах Иртыша» (Москва , 1959, «Совет­ ская Россия»), В своих иртышских странствиях я, конечно , побывала в Тобольске и «за­ болела» этим городом . Здесь у древних кремлевских стен и башен я представила себе перво­ го строителя, архитекта, ка к его на­ зывали современники , летописца, картографа Сибири Семена Ремезо- ва — неустанного трудолюбца . Он лю ­ бил Сибирь и возвеличил сибирскую землю своим трудом . Мне казалось, я понимаю , чувствую его увлечен­ ность работой, его любовь, боль, словно встретила старого своего зна­ комца . Хотелось войти в его жизнь , «умом и сердцем уловить трепетание прошлого», увидеть в нем будущее. Конечно, пришлось м но го поработать над старинными летописями, архивны­ ми документами . Не знаю , насколько мне это уда­ лось. Пусть судит Читатель по пове­ сти «Любовь и подвиг беззавистно», посвященной первому сибирскому ученому Семену Ремезову. И еще мне хочется рассказать, ка к пришли ко мне герои моей повести «Если ты хочешь жить». ...В центре нашего города стоит памятник. Изваянная из белого камня женщина ш и ро ко шагнула на гранит­ ный пьедестал. В одной р у ке знамя, дру гой она поддерживает сраженно ­ го бойца. Памятник стоит над брат­ ской могилой людей , казненных кол ­ чаковцами в 1919 году. А в далекой Венгрии, на берегу Дуная, о белом сибирском памятнике родилась ле­ генда: сраженный боец — венгерский коммунист — Карой Лигети; женщ и ­ на, поддерживающая его ,— Зофия Лигети, Зося — д р у г и соратник Ка­ ро я. Я пошла по следам этой легенды. И легенда привела меня к реальным людям яркой , героической жизни , раскрыла передо мной страницы ин­ тернационального братства в Сибири не в теорий, а в живых людях. Они взволновали, лишили покоя. Я почув­ ствовала себя д олж ни ком . Впрочем, говорю не вполне точно. Меня обво­ рожили не только люди, но и д о к у ­ менты, оставленные ими, запах вре­ мени хранили старые телеграммы , письма, газетные полосы, даже прото ­ колы. Каждая запись, датированная этими огненными годами, несет не­ повторимое дыхание, напряжение то­ го времени. История — живая, ощутимая цепь, связывающая с людьми, бывшими до нас. Они ушли, но они по -преж нему тут, с нами. М не очень доро ги и близки слова Жореса: «Воспоминания о прошлом должны высекать огонь, а не пепел». Недавно меня пригласили на встре­ чу с читателями — в молодежное об­ щежитие ом ско го строительного тре ­ ста № 3. У входа в общежитие висело объ­ явление: «Литературный диспут о смысле жизни и гражданском долге человека по книге Юрасовой «Если ты хочешь жить».