Историческая энциклопедия Сибири II

до более скромных размерах, чем раньше. Изменился состав мигрантов —до минимума сократилось аграр. и «промышленное» переселение. Появилась новая форма миграции: за Урал направился поток беженцев и вы­ селенцев из прифронт. р-нов, а также военнопленных. Вынужденные мигранты в своей осн. массе в Сибири не задержались и долгосрочного влияния на демогр. ситуацию не оказали. В 1915 в сел. местности Сибири рождаемость достигла лишь 82% от уровня 3 предшествующих лет. В 1916 и 1917 падение рождаемости продолжалось, она составила соотв. 67 и 6 5 % от довоен. показателя. Общий коэфф. рожда­ емости, равный в 1912— 14 в Енисейской губ. 55— 57%о, сократился в 1915 до 47, в 1916 —до 37 и в 1917 —до 36%о. Сокращение рождаемости стало гл. фактором снижения естеств. прироста. По данным за 1917, в Томской губ. (без Алтая) естеств. прирост Н. составил 11%о, т. е. оказался примерно в 2 раза меньше, чем в довоен. период. В том­ ских селениях этот показатель в 1917 был равен 12,4%о при рождаемости в 29,1 и смертности в 16,7%о. Однако в Сибири демогр. кризис проявлялся слабее, чем в Европ. России. Тем не менее и здесь он дефор­ мировал начавшийся в кон. XIX —нач. XX в. демогр. переход. Негатив, последствия для Сибири имели глубо­ кие кризис, явления в центре страны —р-не расселения потенциальных переселенцев, вр. пребывания мобилиз. в действующую армию мужчин-сибиряков. В.А. Зверев Радик, перемены в демогр. ситуации произошли в 1918. В Сибири на этой стадии демогр. развития под­ нялась кратковр. волна компенсаторного роста рожда­ емости, обусловленная демобилизацией царской армии и, соотв., частич. преодолением дисбаланса полов. По данным переписи населения 1926, в Сибирском кр. на­ считывалось 173 тыс. детей 1916 г. р., 160 тыс. детей 1917 г. р., 227 тыс. детей 1918 г. р. Рост рождаемости не означал, что демогр. подсисте­ ма Сибири в 1918 вступила в стадию подъема. Напро­ тив, в годы революции и Гражданской войны Н. пере­ жило мощную демогр. катастрофу. Гражд. война, раз­ вернувшаяся непосредственно на тер. Сибири, привела к гибели людей в ходе боевых действий. Но гл. причиной роста смертности сибиряков стали массовые эпидемии инфекц. заболеваний в условиях распада гос. структур, разрушения системы здравоохранения и сан. контроля, экон. разрухи и голода. Широкое распространение в ре­ гионе получили сыпной и брюшной тиф, холера, дизен­ терия, оспа, скарлатина, туберкулез. Особенно тяжелой эпид. обстановка была зимой 1919/20. Всего в 1920 в Сибири зарегистрировано ок. 600 тыс. случаев только тифозных заболеваний. Летальность от тифа поднялась до критич. величин. В Томске в 1920 коэфф. смертнос­ ти достиг невиданной ранее отметки — 100%о, причем среди мужчин — 170%о. Одновр., начиная с 1919, ста­ ла сокращаться рождаемость, что на фоне повышенной дет. смертности привело к снижению числ. поколений. Число детей 1919 г. р. составило в Сибирском кр. 204 тыс., 1920 г. р. —200 тыс. чел. Изгнание колчаковцев не только не улучшило, но напротив, усложнило демогр. ситуацию. В связи с начав­ шейся продовольственной разверсткой в Сибири вспых­ нуло вооруж. крест, восстание. В 1920 Омскую и Алтай­ скую губ. поразил неурожай. Сбор зерна в 1921 также оказался низким из-за засухи, затронувшей мн. волости и уезды Омской, отчасти Новониколаевской и Томской губ. Н. несло потери в ходе боевых действий, из-за голода и инфекц. болезней. В 1921 в «Сибревкомовской Сибири » зафиксировано почти 130 тыс. случаев брюшного, сып­ ного, возврат, тифа, 24 тыс. случаев дизентерии, 14 тыс. заболеваний оспой, свыше 19 тыс. заболеваний холерой. Гор. Н. Сибири за период с нач. 1918 по нач. 1921 сократилось на 11 % (табл. 3). Это происходило как за счет вымирания горожан вследствие эпидемий, так и в результате их массового бегства в сел. местность и др. регионы России. Известную роль сыграло и т. н. белое беженство. По мере наступления Кр. армии из сиб. горо­ дов вслед за армией А.В. Колчака уходили купцы, чи­ новники, представители интеллигенции , часть рабочих. Рост сел. Н. Сибири в 1918—22 обеспечивался в осн. за счет миграц. притока беженцев, причем не только из сиб. городов, но и из-за пределов региона. По данным переписи 1926, числ. неместных уроженцев, прибывших в Сибирский кр. в 1914—20, составила 592 тыс. чел., из к-рых только 23,5% поселились в городах, остальные — в сел. местности. Приток мигрантов нейтрализовал об­ щее сокращение числ. сибиряков. Таблица 3 Динамика численности населения Сибирского края в 1918—22 (на нач. года, тыс. чел.) Год Городское население Сельское население Всего 1918 1919 1920 1921 1922 1922 в % к 1918 1007,9 958 ,8 935 ,6 901 ,4 967,1 95 ,9 7316 .5 7431 .6 7 875 .6 8111 ,4 8298,1 113,4 8324 .4 8 390 .4 8811 ,2 9012 ,8 9265 ,2 111,3 Введение новой экономической политики стабилизи­ ровало не только экономику, но и демогр. подсистему об­ щества. Рождаемость стала быстро увеличиваться, а смерт­ ность неск. сократилась, хотя и оставалась весьма высо­ кой. Естеств. прирост колебался в пределах 19—24%0, что обеспечивало высокие темпы роста числ. сибиряков. Всесоюз. перепись 1926 зафиксировала в Сибири (вкл. Якутию) 11 млн чел., из к-рых 9,6 млн (87,2%) проживали в сел. местности, 1,4 млн (12,8%) —в гор. поселениях. Крупнейшими городами Сибири были: Омск (152,5 тыс.), Новосибирск (120,6 тыс.), Томск (91,2 тыс.), Иркутск (89,2 тыс.), Барнаул (69,7 тыс.), Красноярск (65,2 тыс.), Чита (61,6 тыс.), Тюмень (50,2 тыс.). В возрастной структуре Н. Сибири преобладала молодежь. Уд. вес лиц старше 60 лет составлял всего 6,5%, тогда как на долю детей и подростков до 14 лет приходилось свыше 40%. Относительно сбалансир. был и половой состав: после снижения уд. веса мужчин, про­ исшедшего в годы Первой мировой и Гражд. войн, их числ. увеличилась, к кон. 1926 достигнув 49,2%. На тер. Сибири в сер. —кон. 1920-х гг. по-прежнему доминировал т. н. традиц. тип воспроизв-ва Н., для к- рого была характерна очень низкая продолжительность жизни. Ср. продолжительность жизни сибиряков состав­ ляла у мужчин 39,2, у женщин —43,2 года. Коэфф. смерт­ ности в кон. 1920-х гг. колебался в городах Сибирского кр. в пределах 21— 23 %о, в сел. местности —22—25 %о. Коэфф. рождаемости в Сибири составлял 37—42 %о в го­ родах, 55—57%0—в деревне. В отд. сел. округах рожда­ емость достигала физиол. максимума, превышая 60 %о. Т. о., высокая смертность компенсировалась еще более высокой рождаемостью, что обеспечивало значит, ес­ теств. прирост. В городах коэфф. естеств. прироста со­ ставлял 16— 19%о, в сел. местности —32—33 %о. В Сибири в 1920-е гг. зарождается совр. (рациональ­ ный) тип воспроизв-ва Н., намечается переход от вы­ сокой смертности и рождаемости к низкой смертности и рождаемости, увеличивается ср. продолжительность жизни. Но в кон. 1920-х гг. это едва наметившееся дви­ жение к исторически новому типу воспроизв-ва Н. было прервано. Демогр. сфера Сибири в связи с ускоренной