Новосибирск-Новониколаевск _ Т 1

Н о в о н и к о л а е в с к — Н о в о с и б и р с к И еще — сведения из ката­ лога «Советские худож ественные фильмы»: фильм не сохранился. По версии самого Ивана Григорьевича — картина смыта в связи с его арестом в 1938-м. Очень может быть. Хотя смыв мог случиться и раньше: за два месяца до ареста Калабухова рас­ стрелян сценарист Зазубрин, или в 1937-м, когда казнен директор филь­ ма Кравков, а может, и еще раньше — в 1936-м, когда расстрелян актер из «Красного газа» Далевич. В самом конце сентябр я снят последний кадр, и в начале ок­ тября режиссер, оператор и сцена­ рист в Москве — на монтаже карти­ ны. «На первой кинофабрике Госки­ но, — вспоминает Иван Григорье­ вич, — был как раз самый горячий период: все съехались со съемок, у всех срочная работа — в монтаж­ ные очередь, на экран в просмотровый зал не пробиться. Нас все время подгоняли — давай, давай. И фабрика гнала, и подъехавший Кравков. Когда мы с Налетным смонтировали в черно­ вике, назначили просмотр. Присутствовали работники фабрики, все режиссеры . Молчаливо и рассеянно смотрели они картину: недоброжелательное их отношение было очень явно видно. И только в глубине аудитории стоял и ласково мне улы бался всего один человек. Я его узн а л : Эйзенштейн,у нас с ним было шапочное такое знакомство по Пролеткульту, где Сергей ставил спектакль «На всякого мудреца довольно простоты», а накануне он только приехал со съемок монтировать свою первую картину и его посадили в соседнюю монтажную. Закончился про­ смотр. Я обратился к директору и попросил сделать только одну досъемку павильонную : мне нужно снять сцену в кабинете у Колчака. Актер был уж е приглаш ен: очень похожий на Колчака, немного только выше — Михаил Францевич Ленин, актер Малого театра. А Михин, директор фабрики, обращаясь ко всем, предлагает : а что если подумать и доснять не одну, а несколько сцен. В это время меня кто-то сзади дергает за рукав. Я посмотрел — Сергей, и на лице его написано: не соглашайся! Я говорю — нет, попробуем только павильон с Колчаком. Вечером, когда все разошлись, пришел Сергей Михайлович. Утешал меня и ободрял очень, говорил — получится, получится, будут смотреть. Сибирский материал ему очень понравился, более всего тот, который нам преподнесен был Алтаем. Увлеченно стал разбирать мой мон­ таж. Разворачивает на полу старые газеты и на них начинает рисовать большим таким ка­ рандашом угольным : вот смотрите — здесь 7— 8 кадров морда медведя, а вот здесь 4 кадра всего добавьте — крупное одно лицо офицера — он спал под кустом, а м ед в ед ь ... И таким обра­ зом он прошел по всей картине, разбил так интересно на кадры — такой получился монтаж неожиданный. Я его вклеил для второго просмотра. Второй просмотр был еще хуже первого. Сам слышал, как один из маститых режиссеров сказал: да не пойду я на этот просмотр — чего там смотреть. Михин лишь сказал в конце снисхо­ дительно — ну оставьте картину, что с ней делать дальше, мы подумаем. Но вот на второй-третий день за мной присылают : немедленно вез­ ти картину в Наркомпрос. Там было много разного народа, среди них, я узнал, крупные критики — в том числе Херсонский. Когда картина пошла на экран,