Новосибирск-Новониколаевск _ Т 1

Н о в о н и к о л а е в с к — Н о в о с и б и р с к От редакции «Сценическое искусство есть искусство неблагодарное, — писал В .Г. Белинский, — по­ тому что оно живет только в минуту творчества и, могущественно действуя на душу в на­ стоящем, оно неуловимо в прошедшем». Но эти слова великого критика можно отнести лишь к сиюминутному, непосредственному, чувственному впечатлению от увиденного спектакля, кото­ рое, конечно же, исчезает, размываемое безжалостным временем. История же сценического ис­ кусства — это история постоянного общения театра и зрителя, история их взаимного духовного обогащения и роста. Сила воздействия театра на умы и сердца огромна. Она способна созидать и разрушать. «Цель театра во все времена была и будет держать зеркало перед людьми, показы ­ вать доблести её истинное лицо и её истинное — низости, и каждому возрасту истории его неприкрашенный облик», — говорит один из героев «Гамлета». Сегодня театры переживают оче­ редной период ломки не только устоявшихся норм творчества, но и собственного бытия. Идут поиски новых способов существования, нового репертуара. Образ сегодняшнего театра, кото­ рый «выживает» и в очередной раз пытается отыскивать якобы «новые формы» общения со зри­ телем, достаточно ясно обрисовывает современную театральную ситуацию . Прослеживая исто­ рический путь становления и жизни театральны х коллективов, не можешь избавиться от мысли, что все это уже «было, было, было». И проблема сегодня (как и всегда!) заключается вовсе не в том, чтобы во что бы то ни стало и любой ценой выжить. Главное сегодня — для чего выжить. «Добро перерождается в зло, когда утрачивает ся главное звено — ради чего. Как правило, цель забывается в нелегкие, переломные времена. Недаром сейчас появляет ся так много спектак­ лей непонятно про что: не то про голову, не то про задницу. Д ля меня всё, что лишено смысла, из области разврата», — с болью отвечает на вопрос о сегодняшнем состоянии театра выдаю­ щийся актер современности Армен Джигарханян. Наш знаменитый психологический театр оказался на финансовом дне, и чтобы поднять­ ся с этого дна, ему приходится идти на всяческие уловки, не брезгуя ничем: ни примитивной развлекаловкой, ни откровенной халтурой. Сегодня немодно говорить о чистоте жанра, о высо­ ких идеалах, о следовании законам высокого искусства. Китч, эклектика — вот наиболее почита­ емые «жанры» для некоторых режиссеров, пытающихся изо всех сил самовыразиться в театре, а значит, увеличить свою «себестоимость». Сегодня в театральном мире происходит примерно то же, что и в нашем государстве. Пренебрежение законами творчества называют свободой твор­ чества, а набор примитивных эклектических приемов, понадерганных из практики мирового те ­ атра, свободой мышления. Все время хочется уточнить — для чего и для кого существует эта свобода, которой так долго добивались? Какова её цена? Впечатление, что мы бредем без цели по свободной территории пустого пространства театра. Не в этом ли ответ на вопрос, почему некоторые наши, блестящие по форме и перенасыщенные символами спектакли вызывают лишь кратковременное любопытство, но напрочь лишены сопереживания. А без сопереживания нет и не может быть театра. Когда-то К.С. Станиславский сказал, что искусство должно раскрывать народу глаза на идеалы, самим народом созданные, а артист-художник облекает эти идеалы в яркую художе­ ственную форму, в которой они лучше всего воспринимаются. Хочется верить, что, следуя веко­ вым традициям поиска смысла, и сегодняшний театр будет все-таки держать перед нами не кри­ вые осколки времени, а чистое зеркало, отражающее правду и высокие идеалы.