Новосибирск-Новониколаевск _ Т 1

Н о в о н и к о л а е в с к — Н о в о с и б и р с к В процессе работы над оформлением театра значительную часть запланированной скульптуры пришлось снять. В Сибири некому, негде и не из чего было ее выполнять. Поэтому оригинальную скульптуру в зрительном зале театра заменили подведенными под один размер гипсовыми слепками с древнегреческих статуй. Местных творческих сил и материалов хватило только на фриз «Танцы народов СССР», помещенный в портике над входом в театр. Расписывать плафон зрительного зала и проектировать занавес по первоначальному плану должен был Е .Е . Лансере, авторитетнейший монументалист довоенного времени. Он сде­ лал акварельный эскиз росписи. Впоследствии задание переменилось. Лансере от росписи ото­ шел. По новому форэскизу ее выполнила бригада новосибирских художников под руководством А .А . Бертика. Бертик был первым и в те годы единственным в Новосибирске специалистом в области монументального искусства. Еще в 1932 году вместе с учениками руководимой им студии он расписал плафон в зале заседаний Дворца труда, известного теперь как водный институт. Фрес­ ка «Оборона» не сохранилась. Роспись театра, тем не менее, была его первая в Новосибирске капитальная работа, выполнять которую ему помогали А.М . Иванов, А .Н . Фокин, О.А. Шереме- тинская, П .Г. Якубовский, И.И. Янин. Она была в основном декоративной, воспроизводящей ат­ рибуты искусства на плафоне и растительный орнамент во фризе фойе. Лишь на торцевых сте­ нах фойе разместились импровизации на темы опер М .И .Глинки. Но все-таки это была серьез­ ная работа, и художники отнеслись к ней ответственно. От монументального искусства новосибирцев 1930-х годов до нас дошла только эта рос­ пись, но мы знаем, что они активно расписывали рабочие клубы в городах Западной Сибири, что в 1938 году Тютиков написал панно «Панорама Алтая» для всесоюзной сельскохозяйственной выставки в Москве. Не преувеличивая художественные достоинства утраченных росписей, нельзя и преуменьшать их значение в становлении художественной жизни города. Наиболее торжественно в довоенное время прошла пятая областная художественная выставка, открывшаяся в ноябре 1940 года, почти сразу после окончания работ в оперном теат­ ре. В сущности, выставка стала первой областной, но к ней были присчитаны четыре краевые по распространенной в те годы методе начинать историю с очередного ответственного решения. Впервые за тринадцать лет, прошедших от дней организованного «Новой Сибирью» Все- сибирского съезда художников, встал вопрос о местном колорите в изобразительном искусстве края. Общие положения новосибирской критики 1940 года почти буквально повторяют мысль Вощакина, высказанную им в 1927 году. Он говорил тогда: «Мы не мыслим Сибирь — отделенную от СССР. У нас одни задачи — экономические и культурные. Но у Сибири, в силу ее климатических и географических данных, есть только ей присущие, ценные для художника черты. Этого мы не должны забывать, это, наоборот , нужно выявлять, отображать, этот материал художник- сибиряк использует , он его сделает оригинальным, самобытным, богатым художественными образами». Выставка 1940 года показывала ощутимый поворот к пленэрности. Почти все истори­ ческие, жанрово-бытовые, индустриальные темы решались в пейзаже. Пейзаж проходил фоном всей выставки. Интерьерные решения в его среде могли бросаться в глаза своей отдельностью, но их живописные качества обнаруживали тяготение авторов писать и интерьер с учетом пле­ нэрности. Во всех устны х и письменных вы ступлениях отмечалась удача пятой областной выстав­ ки, лучшей, по мнению рецензентов, из всех, какие были в 1930-х годах. Вероятно, сдвиг к живо­ писности, к основательной проработке исторических тем отозвался положительным образом в оценках работ, предложенных художниками. В числе самых лучших картин, экспонированных на выставке, называлась «Маевка в Нарыме под руководством В .В . Куйбышева в 1912 году» Г.Г . Ликмана. Она воздействовала на зрителя свежестью пейзажа, светлым покоем общего живописного строя. Собственно исторический сюжет художником выявлен слабо. Общего психологического настроя в картине нет,