Новосибирск-Новониколаевск _ Т 1

Н о в о н и к о л а е в с к — Н о в о с и б и р с к ла в Сибкрайиздате, а потом в редакциях газет и библиотеках. С восторгом интеллигента-неофита она вос­ певала Сибирь с ее экзотикой. Ефим Николаевич Пермитин (1 8 9 6— 1971), в отличие от всех вышеназванных «пришлых» писателей, был коренным сибиряком. Родился он в Усть-Каменогорске (Западный Алтай). Участвовал в разгроме колчаковщины, учительствовал, был профессиональным охотником (все это впоследствии нашло отражение в его книгах). Любопытно, что и рождение Пермитина-писателя связано с охотничьим промыс­ лом. В 1923 году он затевает издание журнала «Охотник Алтая», переименованного при переезде писателя в середине 1920-х годов в Новосибирск в «Охотник и пушник Сибири». Именно здесь печатались первые художественные вещи Е. Пермитина. Долгая творческая дружба связывала его и с журналом «Сибирские огни», где он публиковал первые свои романы «Капкан» и «Когти». О творчестве В. Зазубрина в его пятилетний период пребывания в Новониколаевске- Новосибирске следует сказать особо, поскольку оно стало не только одной из самых ярких, но и скандальных страниц литературной жизни сибирской столицы. В 1922 — 1923 годах В. Зазубрин создает одно за другим три произведения, с которых начнется новый период его творческой биографии: повесть «Щ епка» и большие рассказы «Б лед­ ная правда» и «Общежитие», составившие в идейно-художественном отношении единый блок. В. Зазубрин был художником, наделенным острым социальным зрением. Раньше многих других своих современников он сумел разглядеть и показать в этих произведениях «свет и тени вели­ кой революции», трагическое подчас несоответствие идеализированного ее образа реальному облику и содержанию, высоких целей — средствам и способам их достижения, нередко основан­ ным на крови, моральной и нравственной грязи. В. Зазубрин всегда стремился писать честно, правдиво, а не «в угоду тенденции». Это укрепляло его писательский авторитет, но и создавало ему большие проблемы. В результате написанная еще в 1923 году повесть о кровавом терроре ЧК «Щепка» смогла увидеть свет только в конце 1980 годов, а рассказ «Общежитие», опубликованный «Сибирских огнях» в том же 1923 году, стал причиной бурного скандала. В рассказе В. Зазубрин показал всего-навсего будни общежития ответственных совра- ботников. Но какую бурную и противоречивую реакцию это вызвало! Одни осуждали рассказ, усматривая в нем «карикатуру на советский быт», «клевет у на коммунистическую верхушку губернского города», другие видели в «Общежитии» своего рода предупреждение: «вот что может произойти, если мы не перестроим нашу жизнь разумно». Повлияла на отношение к рас­ сказу и отрицательная оценка рассказа А.М . Горьким, посчитавшим его неудачей. Сам же В. Зазубрин на конференции, посвященной обсуждению этой вещи, доказывал, что его «главная задача — ударить по опошленному быт у». И он действительно, зримо, осязаемо, несколько даже натуралистически передавая «опошленный» быт, наносил по нему жесткий удар, заставляя чи­ тателей серьезно задуматься над тем, как в новом обществе строить бытовые, семейные, интим­ ные отношения. Да и не сами по себе бытовые отношения волновали В. Зазубрина, а их влияние на личность партработника, совслужащего — всех тех, кто идет в авангарде общества. Не слу­ чайно один из персонажей рассказа искренне удивляется тому обстоятельству, что «партия так ревниво оберегает своих членов от всяких идеологических влияний и совершенно игнорирует опасность влияний физических, половы х», являющихся следствием моральной и нравственной нечистоплотности. Рассказ «Общежитие» явно напугал многих тогдашних партийно-государственных чи­ новников, увидевших в его откровенной остроте и злободневности прежде всего очернитель­ ство, а в явной несостыкованности с идеологической тенденцией изображать партработников только рыцарями без страха и упрека — вызов и подрыв собственного авторитета. Широкому же читателю рассказ показал, что борьба за нового человека идет по всем направ­ лениям, во всех социальных слоях, что и в области быта она не менее важна и принципиальна, чем в любой другой сфере.