Советская Сибирь, 2019, № 25

ПОСТСКРИПТУМ Руководитель-директор — Наталья Владимировна ШРЕЙТЕР И. о. главного редактора — Юлия Викторовна НАЗАРЕНКО http://www.sovsibir.ru e-mail: sovsibir@sovsibir.ru УЧРЕДИТЕЛИ: Законодательное собрание Новосибирской области, Правительство Новосибирской области,Государственное автономное учреждение Новосибирской области «Издательский дом «Советская Сибирь». Издатель: ГАУ НСО «Издательский дом «Советская Сибирь». АДРЕСРЕДАКЦИИ ИИЗДАТЕЛЯ: 630048, г. Новосибирск, ул. Римского-Корсакова, 22. Газета зарегистрирована в Управлении Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций по Новосибирской области. ПИ№ТУ 54-00462 от 14 марта 2012 года ТЕЛЕФОНЫДЛЯСПРАВОК: единый— (383) 200-34-10 отдел рекламы— (383) 200-34-10 (добавочный 314), e-mail: reklama@sovsibir.ru коммерческий директор— (383) 314-14-01 отдел распространения— (383) 314-12-11 АДРЕС ТИПОГРАФИИ: 630048, г. Новосибирск, ул. Немировича-Данченко, 104. Время подписания в печать— 18:00, фактически—18:00. Тираж 12 500. В розницу цена свободная. Подписные индексы: П5171, П5172, П5173. При использовании материалов ссылка на «СоветскуюСибирь» обязательна. За содержание рекламных объявлений ответственность несут рекламодатели. Отпечатано в типографии АО «Cоветская Сибирь». Офсетная печать. Объем 6 п. л. 16+ возрастной рейтинг № 25 19 июня 2019 г. 24 «Самое прекрасное на земле — человек» Григорий ШИХВАРГЕР, бывший узник лагеря смерти, заместитель председателя Союза бывших узников фашистских концлагерей, 81 год, Новосибирск Спустя много лет этот день — 22 июня остается особенным для меня. Независимо от того, где нахожусь, что делаю с утра. Это день, когда отец и старший брат, получивший аттестат об образовании, были призваны в армию. Это память о том, что было потом. Эта дата для семьи и для всего народа незабываема. Мне было три года, когда началась война. Мы жили в замечательном укра- инском городе Тульчин Винницкой обла- сти. Город упоминал Пушкин в «Евгении Онегине», в нем жил Пестель и Суворов написал свой труд «Наука побеждать». Мы должны были эвакуироваться. Мама, я и два моих старших брата, десяти и двенад- цати лет, поехали на телеге, но с ближай- шей железнодорожной станции нас верну- ли — немцы были совсем близко. Мы стали жить дома, не разворачивая своих пожит- ков. А уже осенью 1941 года всех евреев этого города немцы собрали и погнали в концентрационный лагерь. Первые рас- стрелы начались на этой осенней дороге. Лагерь смерти Печора находился в пределах сорока километров от нашего дома, нацисты его назы- вали «Мертвая петля». Его обосновали в здании еще не достроенного дома отдыха, на высоком берегу реки Буг. Окружили колючей проволокой, поставили охранни- ков. Охранниками были украинские поли- цаи. В Советском Союзе не говорили об этом, правительство не хотело раздора с Республикой Украина. А это были звери. Немцы руками этих националистов совер- шали все эти преступные деяния. Точно так же, как в Бабьем Яру в Киеве, когда уничто- жили тысячи евреев одновременно, это делали тоже украинские националисты — с удовольствием. В моей памяти осталась комната с нарами или кроватями и огром- ным количеством людей. Периоди- чески выносили мертвецов. Врач городской больницы Белецкий сразу перешел на рабо- ту к немцам и ставил опыты: делал уколы якобы от тифа, а на утро приходил и считал, сколько человек умерло от его уколов. И мог сожалеть, что умерло меньше, чем предполагал. Я не знаю о его дальнейшей судьбе. Но в истории послевоенного Туль- чина был такой случай: живодера, добро- вольно служившего в лагере, люди узнали на улице — и толпа разорвала его на части. Такая ненависть была. Голод в концлагере был страшен- ный, постоянный. Нас не кормили, не поили. Из 40 тысяч заключенных выжило 400 человек. Наша семья попала в эту малочис- ленную категорию благодаря моим старшим братьям. Яша и Изя пролезали под колючей проволокой и в соседних местах выпрашива- ли еду, из реки приносили воду. У стоявших на том берегу Буга немцев была забава — стре- лять по детям, которые пробирались к воде. Были случаи, когда полицаи их ловили, отби- рали тот кусок хлеба или картошку, что они несли, били. После освобождения из концла- геря Яша пошел на фронт и погиб за месяц до Победы— 11 апреля 1945 года. осталось в памяти, что игрушек не было. Какая-то тряпочка, какие-то досточ- ки — этим я играл в лагере. Помню, как в первые мирные дни мальчишки из семей, возвращавшихся из эвакуации, привозили с собой резиновые мячики. Если моему внуку или сыну рассказать о моих ощуще- ниях от этого мячика... Это невозможно понять. Это трудно передаваемое ощуще- ние детства. Это было такое счастье — потрогать настоящую игрушку! Владелец мяча имел непревзойденный статус. Очень яркие воспоминания о том, как нас освободили. Это было в марте 1944 года. По месту, где находился лагерь, проходили военные действия — бомбили. Мы сразу попали на передовую. Это такое страшное чувство, когда летит бомба: кажется, что она летит на тебя! Мама взяла нас троих и побежала. И тут произошло первое столкновение с советским солда- том. Он ее обматерил: «Куда ты бежишь? Не туда!» Наши войска зашли на эту терри- торию. Помню, на улице стоял танк. Мы, дети, облепили машину, и из радиоприем- ника этого танка появились звуки. Совет- ские звуки! Не говоря о том, что мы вообще не понимали, что такое радио, мы слышали русскую речь, музыку! Это было чудо. Очень хорошо помню голод сразу же после освобождения. Первое, что сделало государство, — попыталось обеспе- чить хлебом. Были карточки. Мать могла поручить мне пойти за хлебом. Когда я нес эту буханку, выстояв огромную очередь, меня распирало от гордости, что я выпол- нил такую великую миссию. Я был по приглашению в Германии и выступал перед ребятами. Самое большое, что их удивило и о чем они зада- вали вопросы, — что такое голод. Сытая Европа не понимает, что это. А голод — это страшенная штука. Один только голод может толкнуть человека на поступки, которые в обычное время могут считаться чуть ли не преступлением. По-моему, во время настоящего голода человек готов на все. Учитывая мой огромный, почти шести- десятилетний педагогический опыт и рабо- ту в людьми, я делаю вывод: человек совме- щает в себе две противоположные, край- ние вещи — самое высокое и прекрасное и самые отрицательные черты, которых у зверей нет. Но все же я считаю человека самым прекрасным созданием на земле. Война выдвигает свои ценности. На первое место выступает желание выжить. Сама по себе жизнь имеет боль- шую ценность. Это определяет мои взаи- моотношения с окружением. В студенче- ские годы, примерно в 1958 или 1959 году, я был на целине в Казахстане. В то время там оставался невывезенным хлеб. Как замечательно пахнет свежеиспеченный хлеб, так же прямо противоположно, страшно пахнет гниющий хлеб. Мы, ком- сомольцы, раздевшись догола внутри вагона, в который сыпалось зерно, забива- ли его до отказа. Работа тяжелейшая, мельчайшая пыль, никаких респираторов. Но мной владело красивое, хорошее и патриотическое чувство приобщения к огромному делу! Я получил награду «За освоение целины» и горжусь ею. Хлеб для моего поколения — это значимое что-то. Это жизнь. Мне это знакомо, когда ты крошки собираешь. Когда этот хлеб с солью. А если чуть-чуть полит подсолнеч- ным маслом — это вообще такая еда! Если было повидло, я не говорю о варенье, это деликатес. А когда с маслом и повид- лом  — вкуснее ничего на свете нет! У меня эти вкусовые ощущения в памяти. Спустя 15 лет после освобождения я поехал туда. Поехал один. Я не стал смотреть место, где нас держали. Там, кста- ти, построили дом отдыха, как хотели до войны. Жизнь есть жизнь. Я пришел на то поле, где были массовые расстрелы. Три огромных рва, каждый размером со стади- он. Два закопаны. На краю одного рва дважды стояла моя мать с тремя сыновья- ми, но по каким-то причинам подготовлен- ный расстрел отменяли. Почему я туда пое- хал? Мне трудно ответить на этот вопрос. Это место, где ты мог лежать. Это возврат в прошлое, это страшные воспоминания. Это история, которую хотелось посмотреть взрослыми глазами. Это то, что может сде- лать человек с человеком, если речь идет о фашизме. Анжелина ДЕРЯБИНА, deryabina@sovsibir.ru На довоенной фотографии, предоставленной героем публикации, три брата, побывавшие в лагере смерти, — Яша, Гриша и Изя «Советская Сибирь» продолжает проект «Проза жизни». Героями публикаций становятся обычные люди, которые живут с нами рядом. Знакомьтесь... Фото Алексея ТАНЮШИНА

RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2