Сибирские огни, 2005, № 2

Н А Ш И П У Б Л И К А Ц И И Георгий ВЯТКИН РАССКАЗЫ БЕЛАЯ НОЧЬ Конец мая. Одиннадцатый час ночи. Солнца давно уже нет, но северная столица и не думает о сне. Невский проспект сверкает тысячами маленьких и больших огней, шумит и рокочет тысячами голосов, и над этим общим шумом, как пена над волнами вздымаются и тают звонки трамвая и конок, гудки автомобилей, резкие рожки велосипедов. Обе стороны проспекта полны гуляющими: блестящие офицеры и солидные коммерсанты, бонвиваны и студенты, шалопаи и отдыхающие труженики, купцы и приказчики, писатели и художники, курсистки и швейки, роскошные дамы полусве­ та и дешевые проститутки — все это свилось в беспокойный, шумящий огромный клубок, расползлось длинными подвижными нитями, опутало панели и мостовые, сады и набережные, шевелится, свертывается и развертывается, вливается в дома и возвращается обратно... А небо смотрит сверху так спокойно, ласково, безмятежно, и само оно такое же спокойное, ласковое, безмятежное, пронизанное мягким и ровным бледно-серебря­ ным светом, странным светом белой северной ночи. * * * Спать не хочется. Есть ночи, когда спать — грех. Такая ночь и сегодня. Одна из самых первых белых ночей. В Петербурге они длятся долго, в течение нескольких недель, в июне они уже наскучивают, но в середине и в конце мая эти ночи — прекрасны. Часы бьют одиннадцать. Накинув плащ, выхожу из квартиры, иду по Невскому к набережной Невы. Всс идут медленно, спешащих куда-нибудь по делу почти уже не видно, замедляю шаг и я. Куда торопиться, зачем? Тепло. Тихо. Ясно. Легкий туман — и не туман даже, а как будто нежная-нежная кисейная белая сетка протянулась от земли к небу, от полей и лесов — к городу. Прохладно. Чуть-чуть сырой ветерок скользнет по лицу, точно шутя, или отки­ нет на мгновение вуаль с женского лица— и пропадет. Через минуту за этим вздохом ветерка, точно вдогонку ему, летит другой. Медленно идут люди.

RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2