Сибирские огни, 2005, № 1

(Опять же Киплинг: сегодня Грозный очень напоминает заброшенный, захва­ ченный джунглями город, по которому на купленных на пособия и компенсации или честно сворованных автомобилях снуют шустрящие и промышляющие ... ну-ну, «чехи», конечно, «чехи».) Забавляет, хотя, иногда и достает, постоянный горский выпендреж. Джигит пе­ ред джигитом — ну, уж совсем джигит. У нас тоже есть определенный возрастной период, когда парни выделываются и хорохорятся, но это именно в возрасте брачева- ния, когда все красивые позы и смелые поступки совершаются вовсе не друг перед другом, а с посылом на женскую сторону. И кончаются эти юношеские соревнова­ ния свадьбой, семьей, чадорождением. У горцев же, где женщина просто никто, функция воспроизводства, джигиты между собой петушатся до смерти. Забавляет, хотя, иногда и достает. Кто помнит, как наши политологи потешались над агитками «чеченского Геб­ бельса» Мовлади Удугова? А зря. Появившееся еще в конце восьмидесятых движе­ ние «Барт» (Единство) сразу поставило своей целью «политическое просвещение народа», учредив газету, первые номера которой печатались в типографии Народ­ ного фронта Латвии. Финансировала газету чеченская диаспора в Москве во главе с Хожей Нухаевым, завоз тиража в республику осуществлялся студентами московских вузов. Далее сторонники Дудаева рассылали гонцов в горные села для агитации, добавляя к печатному слову видеоролики о русских зверствах в отношении вайна- хов. И, наконец, в действие вступил многодневный митинг-зикр на площади Шейха Мансура — суфийская раработка, уже опробованная форма воздействия на толпу в Армении, Азербайджане, Молдавии и Литве. Движение Удугова проповедовало идею превосходства чеченцев над остальны­ ми кавказскими народами (не говоря о славянах) и исторической миссии по утверж­ дению своей гегемонии. Наши политологи потешались, но именно тупость и прими­ тив призывов оказались как раз на нужном уровне восприятия безграмотного насе­ ления аулов. Горцы селем хлынули с гор, и Россия получило свое Косово. В то время мы все были заняты только Москвой, мы наблюдали или даже уча­ ствовали в агонии СССР: 12 июня 1990 года первый Съезд народных депутатов РСФСР принял Декларацию о государственном суверенитете Российской Советской Феде­ ративной Социалистической Республики, а ровно через год, 12 июня 1991, на выбо­ рах президента РСФСР в первом же туре победу одержал Борис Николаевич Ельцин. 19 августа — ГКЧП... 8 декабря — Беловежская пуща... Вы помните что-либо еще? Разве Центру, да и всей России было до того, что в конце ноября девяностого где-то там, на южной окраине, какой-то генерал-майор объявил о появлении «суверенной Нохчи-Чо»? Нохчи-Чо, которая уже в июле 1991 года задекларировала свое невхож- дение в состав СССР и РСФСР. По данным Центризбиркома Чечено-Ингушетии, в президентских выборах 27 октября 1991 г. приняли участие 72% избирателей, из них за Д. Дудаева проголосова­ ли 90,1%. Эти голоса он собрал именно в горах. Казачество — нераздельность крестьянства и воинства. Винтовка и плуг, шашка и борона, седло и хомут.... Казачество было той силой, которой Православная Рос­ сия отстаивала и отстраивала свои границы. Вполне самодостаточной силой. И как же тогда казаки просили у Кремля хоть какого-нибудь оружия! Хоть какого-нибудь. Ведь в 1991 году, до захвата бандитами армейских складов, еще можно было отбиться самим, можно было не допустить «показательной казни» атамана Сунженского от­ дела Терского казачьего войска Александра Подколзина, мученической смерти на­ стоятеля Православной Церкви в Урус-Мартане отца Анатолия, зверского убийства казачьих старейшин в станице Червленой.... А дальше произошло то, чего никак не должно было случиться. 27 ноября 1991 г. Джохар Дудаев издал указ о национализации вооружения и техники воинских час­ тей, находящихся на территории республики, и начался захват военных городков, вооружения и имущества армии и ВВ. 8 июня 1992 федеральные войска окончатель­ но покинули Чечню, оставив, кроме 400 тысяч единиц стрелкового вооружения, «42 танка, 34 БМП, 14 БТР, 139 артиллерийских установок, 101 единицу противотан­ ковых средств, 27 зениток, 270 самолетов (5 боевых), 2 вертолета, 27 вагонов боеприпасов, 3.050 тонн горюче-смазочных материалов, 38 тонн вещевого иму­ щества, 254 тонны продовольствия...». Но, главное, Российское государство оставило, бросило своих граждан.