Тяботин В. Воскрешение времени. Кн. 1. Волга - 2014

ВЯЧЕСЛАВ ТЯБОТИН 80 лубам, просторным, светлым и высоким каютам, где уже не было, правда, ни зеркал, ни ковров, ни картин, ни мебели из карельской берёзы. А на кровати вместо пуховых перин и подушек из матрасов и наволочек по рабоче-крестьянски выпирали жёсткие стебли про - шлогодней ржаной соломы. Зато скорость хода бывшая «Великая княжна Татьяна Николаевна» и в семидесятые годы имела весьма приличную, что вполне соответствовало голубой полосе на трубе, расположенной за рулевой рубкой. После войны Волга трудилась без устали. По её фарватеру днём и ночью вверх и вниз шли пассажирские пароходы и сухо - грузы. На мощных стальных тросах, изо всех сил опираясь на воду, широкопалубные колёсные буксиры тащили за собой тяжёлые баржи с нефтью, керосином, машинами и цементом. Изгибаясь, плыли по реке длинные связки плотов, которые в непогоду могли запросто разбить в щепу не только наборную лодку зазевавшихся рыбаков, но и солидный баркас. И потому Николаю, сидевшему у руля, порой приходилось лавировать между идущими судами, почти как шофёру на загородной трассе. Зато когда мы нырнули в затон и, выключив мотор, сели на вёсла, нас окружила такая ти - шина, что были слышны звуки, падающих в воду капель. Вскоре пошли настоящие дебри. Кусты ивняка тормозили движение лод - ки, барабаня по её днищу. И уже не хватало простора даже для короткого взмаха веслом. Продвигаясь вперёд, мы были вынужде - ны часто перебирать руками торчащую из воды лозу и прочные, как у бамбука, стебли камыша с гордо торчащими коричневыми шомполами. Наконец «джунгли» закончились и наша моторная «пирога» выбралась на простор то ли небольшого озерца, то ли протоки. Николай, взяв в руки ружьё, перешёл на нос лодки, приказав мне тихо грести и, слегка подтабанивая, забирать то вправо, то влево, осторожно ведя наше плавсредство по узким встречным проходам. Так плыли мы довольно долго, но уток нигде не было. И мне уже стало казаться, что их сегодня и вовсе не будет. И, честно говоря, я не знал огорчаться тому или радоваться. Одно дело стрелять в го - родском тире из «духовки», где всё понарошку: и ружьё, и мише - ни, и совсем другое — палить из берданки по птицам, у которых, как и у нас, тоже ведь жизнь одна. Ещё в городе, когда шли мы к Волге, Коля рассказывал мне об азах утиной охоты. — Поскольку собаки у нас нет, — говорил он, — а строить ша - лаш слишком долго и хлопотно, мы с тобой будем стрелять в уток с подъезда.