Тяботин В. Воскрешение времени. Кн. 1. Волга - 2014

447 ВОСКРЕШЕНИЕ ВРЕМЕНИ. Книга 1. ВОЛГА день такого вечернего заседания в магазин пришлось бежать мне. Инструкция была предельно проста: взять две (или три?) бутылки венгерского вина типа токай с дубовой бочкой на этикетке (обяза - тельно с дубовой!), один нарезной батон и на оставшиеся деньги — докторской колбасы. Когда я вернулся с покупками, на столе тут же появились большущие стаканы из толстого зелёного стекла. — Похоже, посуда из этих бутылок? — поинтересовался я. — Так точно, — отрапортовал Афанасьевич. — Мы сейчас и тебе, Васильич, такую же кружку соорудим. — Он обмотал пустую ёмкость ниткой по кругу несколько раз, хорошо сдобрил её спир - том и, чиркнув спичкой, поджёг. Когда пламя, обежав по кругу, хо - рошо нагрело стекло, бутылку быстро опустили в воду и она, издав лёгкий треск, выдала готовый стакан, который уже нельзя было от - личить от других. Чтобы не казаться белой вороной, я пил в этот вечер, не отста - вая от новых моих сослуживцев. Вроде бы и пьяным не был, но на следующее утро голова раскалывалась от боли. Причиной был не столько токай, но и общая слабость от недоедания да ещё техниче - ский спирт, который доливали в кружки с креплёным вином. По пути на работу зашёл в столовую, взяв дежурное блюдо — гуляш с макаронами и бутылку пива в буфете. За соседним столом обедали трое прилично одетых незрячих мужчин. Они говорили довольно громко, перебивая друг друга. Но умолкли, когда один из них загремел, сдвигая пустые стаканы, стоявшие на столе, а следом достал из кармана плаща бутылку водки. На стене напротив буфет - ной стойки висела табличка, предупреждающая, что приносить с собой и распивать в столовой спиртные напитки строго воспреща - ется. Но слепые, похоже, об этом не знали и спокойно ни от кого не таясь, наливали водку в стаканы. Несмотря на головную боль, ко - торую не могло перебить жигулёвское пиво, я с интересом наблю - дал за незрячими посетителями и буфетчицей, на глазах у которой совершались запретные действия. К моему удивлению, окрика не последовало. Более того, женщина в накрахмаленном фартучке с белой, как у снегурки, шапочкой на голове поспешила к калекам, заменив один грязный стакан. Я видел впервые, как незрячие люди тютелька в тютельку разливают спиртное на слух и пьют, чокаясь, не теряя ни одной живительной капли. Эти люди, не знавшие света и цвета, той красоты, что окружала их, вызывали во мне не столько сочувствие, сколько восхищение мужеством, с каким переживали они свою слепоту. А ещё удивляло смирение, какого не доставало мне. «Взорвался от единого слова любимой девчонки, хотя сам во