Тяботин В. Воскрешение времени. Кн. 1. Волга - 2014

35 ВОСКРЕШЕНИЕ ВРЕМЕНИ. Книга 1. ВОЛГА возглавляли всевозможные комиссариаты. В том числе и Нарком - фин, что означало Народный комиссариат финансов. Его филиалы работали во всех областях, автономных и союзных республиках. Вот и в Чебоксарах на фасаде трёхэтажного здания, конфискованного у купцов Иевлевых, с одним из потомков которых, Алексеем Му - дровым, я много лет не терял дружеских отношений, огромными чёрными буквами было начертано слово: НАРКОМФИН. Здесь же размещалось и Управление сберкассами, где мама по ночам убира - ла коридоры и кабинеты, держась за место с грошовым заработком только потому, что оно давало крышу над головой. Тот день, о котором хочу рассказать, был воскресным, потому что накануне меня взяли из круглосуточной группы детского сада, а утром мы с Лялей и Любой отправились в гости к нашей знако - мой тёте Дуне, жившей прислугой в «циковском» доме, построен - ном для чиновников госаппарата на высоком волжском берегу ря - дом с красивым двухэтажным особняком купца Фёдора Ефремова, где после революции размещался Центральный Исполнительный Комитет и Совет Народных Комиссаров Чувашии. В пятидесятые годы сюда переехала Республиканская библиотека имени Горького, куда я часто ходил в читальный зал, подымаясь по гулкой металли - ческой лестнице с хорошо сохранившимися узорчатыми чугунны - ми перилами. А когда через несколько лет библиотека перебралась в новое, специально для неё построенное здание, в бывшем особ - няке Ефремова открыли филиал художественного музея, где вы - ставляли полотна знаменитых русских художников от Тропинина и Коровина до Сурикова, Куинджи и Петрова-Водкина. Было здесь и несколько прекрасных работ Зинаиды Серебряковой, удивляв - шей душевностью и простотой сюжетов, а главное, необычайным колоритом картин, созвучием красок, цвета и света. Об этом мож - но было бы и не говорить, если бы происшествие, случившееся со мной, не начиналось именно с красок. Давно подмечено, что радость, как правило, забывается быстро, а обида остаётся надолго. Порой навсегда. Вроде и случай пустяш - ный, а зацепит так, что избавится невозможно. Думаешь: отчего? — Но ответ далеко не всегда находишь. Столько уж лет прошло, но до сих пор помню, как горько рыдал я в гостях у тёти Дуни оттого, что не дали мне съесть акварельные краски, лежавшие в красивой коробке рядом с кисточкой и специ - альным углублением для мензурки с водой. Как выдирали из рук разноцветные квадратики, которые я стремился засунуть в рот, потому что они были красивые и очень приятно пахли. Никакие