Тяботин В. Воскрешение времени. Кн. 1. Волга - 2014

ВЯЧЕСЛАВ ТЯБОТИН 152 Новоселье прошло замечательно: гости пили чай с пирогами, нахваливая мамину стряпню. Взрослые даже причастились, налив по рюмочке вишнёвой наливки, принесенной бывшим милиционе - ром Виктором, который к тому времени стал плотником на строй - ке. Все сидели, разговаривали кто о чём, а Аня Малюкова, работав - шая с мамой в рентгенкабинете, вдруг тихонечко запела: «Каким ты был таким остался, орёл степной, казак лихой…» и гости сначала вразнобой, а потом всё громче и дружней подхватили слова песни из популярного фильма «Кубанские казаки», рассказавшего на ки - ноэкране о любви коневода Николая Ковалёва к колхознице Даше Шелест, а председателя колхоза «Красный партизан» Гордея Воро - на к прекрасной Галине Пересветовой из артели «Заветы Ильича». Это был едва ли не первый цветной отечественный фильм, герои которого жили не военной, а мирной жизнью, полной надежд и труда ради общего счастья. Замечательные артисты, прекрасные съёмки и удивительные мелодии Исаака Дунаевского на слова двух Михаилов — Исаковского и Вольпина вмиг сделали эти песни на - родными. И когда мама своим негромким, но чистым голосом пела про судьбу, которую хотела, но не смогла связать с человеком, не вернувшимся к ней после войны, я своим малым умом и открытым для радости сердцем уже понимал, о ком эта песня и почему стра - дает её душа. Под углом к нашему дому, образуя второй катет неравнобе - дренного треугольника, стоял точно такой же дом, в одной поло - вине которого жила семья моего одноклассника Юры Паулина, а с другой стороны — хулиганистая баба Настасья со своей беспут - ной дочерью, менявшей мужей по два раза в неделю. Когда мать с ней ругалась, их крики слышали не только на параллельной улице, но и на противоположном берегу оврага. При этом бабушка Настя считала себя набожным человеком. Ходила в толстой серой юбке до пят, знала все церковные праздники и городские сплетни, а раз в году в Прощёное воскресенье непременно стучалась в двери всех близлежащих домов, называла себя великой грешницей и просила прощения даже у малых детей. Но, очистив совесть согласно цер - ковным канонам, она уже через день снова пускалась во все тяж - кие и, ругаясь, часто накаляла себя до того, что в качестве жёсткого аргумента и презрения к оппоненту, поворачивалась к нему спи - ной и, наклоняясь, задирала вверх юбку, демонстрируя улице свой сморщенный старческий зад.