Тяботин В. Воскрешение времени. Кн. 1. Волга - 2014

ВЯЧЕСЛАВ ТЯБОТИН 148 — А ты, выходит, всё слышал? — переспросил парень, прикры - вая культёй дверцу шкафа. — Да, всё так и случилось в то утро. За - ряжающего миной разнесло в клочья, а меня, как видишь, инвали - дом сделало. Ну, да ладно об этом. Бери веник, пойдем, мыться и париться… Думы о вещих снах до сих пор не дают мне покоя. И чем чаще я слышу о них от людей, тем больше возникает вопросов о загадоч - ной связи миров — реального, где мы так недолго живём, и парал - лельного, вечного. Его нельзя увидеть или услышать, но иногда нам будто кто-то намекает о том, что мир этот есть, он существует в виде энергии бессмертных человеческих душ. СМЕРТЬ СТАЛИНА Радио у нас в доме не было, но события, связанные с болезнью и кончиной вождя, я хорошо помню. Жили мы в это время вчетвером в маленькой одиннадцатиметровой комнатке, которую после дол - гих хождений в горисполком и слёзных писем в Верховный Совет Республики, нам, наконец, дали на подселение. Дом был типовой деревянный, рассчитанный на двух хозяев с автономным входом и небольшим огородом для каждой семьи. Но жилья в городе ката - строфически не хватало и потому в той половине, куда нам выпи - сали ордер, многодетная семья Коноваловых, отчаявшись добиться законным путём необходимой им третьей комнаты, откуда только что съехала прежняя жиличка, захватили её самовольно. Освобо - дить занятое помещение, куда уже был прорублен дополнитель - ный ход, глава семейства наотрез отказался, и нас с боем и руганью вселял туда участковый милиционер, у которого, пожалуй, кошки на душе скребли, когда он выбрасывал на общую кухню вещи на - ших будущих соседей. Проём в стене задрапировали старым одея - лом, разместив вдоль него наш неизменный зелёный сундук. Сбоку впритык встала полуторная кровать, а ещё одна узкая втиснулась у небольшого окна, уныло смотревшего на тенистую часть огорода. У четвёртой стены, впритык к двери, стояла двухконфорочная гол - ландка, упиравшаяся в огромную русскую печь, занимавшую мно - го места, но служившую лишь дымоходом. Посредине комнатки вклинился стол. За ним можно было есть, шить и делать уроки, не сходя с кроватей и сундука. Вход и выход во двор шёл через общую кухню, которая, к сожалению, никак не использовалась, потому что готовить по очереди в чреве русской печи было практически невоз -