Это мы, крещенные блокадой - 2007

забрали в больницу. Эшелон пошел, и я осталась одна с десятью местами багажа: какие-то узлы, мамина шуба, занавески, покрыва­ ла и другое барахло. Меня увезли в станицу Спокойную Краснодарского края. Но, как только я немного опомнилась, получила пропуск (без этого билеты не продавали) и поехала искать Софу в Сальск. Винфекционной больнице я нашла только выписку из истории ее болезни. Там было написано, что она умерла от скоротечной чахотки. Перед смертью она всё кричала: «Тамара, Тамара...». Вот так умерла моя прекрасная старшая сестра. Ей было 20 лет. Столько лет прошло, а все боль не проходит. Пишу и плачу. Средняя моя сестра, Ира, самая добрая из нас, самая способная, самая красивая. Брюнетка с чёрными ресницами и синими больши­ ми глазами. Она была моей подружкой, участницей всех наших дет­ ских игр и шалостей. Перед войной она закончила 1-й курс ЛПИ, все того же физико-технического факультета. Я уже писала, что в марте 1942 года она эвакуировалась с инсти­ тутом. Когда я ехала искать Софу, в автобусе, который вез нас из станицы Спокойной в Армавир, я случайно разговорилась с ленинг­ радкой, ехавшей в Пятигорск искать своего сына, тоже студента ЛПИ. Она-то и привезла мне Ирин адрес. Оказывается, Ира была от меня всего в 30 километрах через перевал. Но мы не встрети­ лись. Так она и пропала где-то на дорогах войны. После войны я писала в Курсавку, в Пятигорск, в Ленинград - искала её. Искал ее и наш отец после возвращения из ссылки, но безрезультатно. Вот ее письмо, которое она написала нашей тете Симе летом 1942 года: «ст. Курсавка l/VII.42r. Здравствуйте, дорогая тетя Сима и дядя Самуил. Только что со­ вершенно случайно получила письмо от Тамары с ужасным извес­ тием о смерти Софочки. Какое непереносимое горе! Подумать толь­ ко, какое несчастье вообще постигло всю нашу семью. Из 5 человек остались живы только мы с Тамарочкой и то в разных концах Со­ юза. Тамара убита горем и написала мне короткое письмо, из кото­ рого я узнала немного, но ужасное. Оказывается, они выехали из Ленинграда, когда, мне не известно, но в дороге в г. Сальск Софочка умерла, несмотря на то, что Тамуся делала всё, что было в силах, для спасения её жизни. Бедная Тамуся! Сколько ей, девчурке, при­ шлось перенести горя. Как я поняла из её письма, она доехала до станицы Спокойной Краснодарск. края. Это совсем не далеко от того места, где я живу сейчас (несколько часов езды на поезде). Но она 55