Это мы, крещенные блокадой - 2007

За хлебом ходила сестра (она старше меня), а за водой ходили вместе (или ходила мать, когда была дома), недалеко от нас проте­ кала речка Мойка. Как-то на карточки дали немного риса. Радовались неописуемо. Мы сварили кашу, но съели её с трудом. Рис был подмочен кероси­ ном или бензином. Выходя из дома, мы видели, как везли на саночках умерших от голода и холода взрослых и детей. Наблюдали, как еле-еле шел че­ ловек, потом приваливался к стене, медленно сползал на тротуар и уже не поднимался. Люди подходили и говорили, что он мертв. Как мы прожили эту голодную, холодную зиму, я не знаю, сейчас мне трудно поверить, что это было на самом деле. Уже в мае или июле по «Дороге жизни» через Ладогу начали от­ правлять людей на «Большую землю». В первую очередь - детские сады, потом тех, у кого было двое или трое детей. Мы попали в этот разряд. Нам опять дали по булке хлеба и могли мы взять необходи­ мые вещи. А унести мы с собой уже почти ничего не могли, так как еле ходили от истощения. Привезли нас на грузовиках к Ладожскому озеру. Там были какие-то катера, мне показалось, очень глубокие. На палубе были одни военные в плащ-накидках и пулемет, кото­ рый мог стрелять по самолетам. Во время переправы слушали стрель­ бу, качало из стороны в сторону. Потом нам сказали, что это был налет немецких истребителей. Но все обошлось благополучно. На другой стороне Ладожского озера, на станции, нас посадили в товарные ваго­ ны и повезли в тыл, в сторону Сибири. Добирались до Новосибирска больше месяца. Вгородах мы останавливались, а на маленьких стан­ циях, разъездах стояли подолгу, пропуская составы для фронта. Иногда нас кормили, подвозили хлеб, воду. Люди ехали в основ­ ном истощенные, некоторых ссаживали с поезда и определяли в боль­ ницы, некоторые умирали в пути. В нашем вагоне все дети остались живы, а вот двое старых мужчин до Новосибирска не доехали. В Новосибирске нас всех повели в баню. Белье наше пропарили, накормили, посадили в вагоны, и опять в путь-до Черепаново. Здесь высадили и распределили по селам. Наша семья попала в Маслянинский район (деревня Бажинск). За нами (три семьи) при­ ехали три подводы. Около сельсовета уже ждали жители деревни. Председатель определял, к кому поставят на «постой». Мать и сес­ тра пошли, а я не смог, потому что там было три ступени, на которые я не смог подняться. Местные жители, указывая на меня, говорили: «А этого-то зачем привезли? Ведь не жилец он!..» Определили нас к Валяевым. Муж у хозяйки был на фронте, и с 111