Лечебно-санитарное состояние Сибири за 1923

положении душевно больных в Сибири говорит: „ на память я сохраняю цепи, которые вырубил (в 1887 г.) из решетчатых клеток , в которых по­ мещались буйные больные. Эти обыкновенные клетки для зверинцев по I 1/г саж. в квадрате помещались по три вместе и в каждой клетке к полу были прикованы цепи : единственное отличие от клеток в зверинцах, так как мне ни разу не удавалось видеть в них цепи". Здесь речь идет об Ир­ кутском доме умалишенных. Позволю себе привести слова того же д-ра В. А. Б рянцева о Красноярском доме. „ Вероятно , если бы был жив Данте и за ­ глянул в это ужасное место, то в Божественной комедии было бы не де­ вять, а десять кругов Десятый круг' составлял бы собою Красноярский желтый дом и был бы местом заключения самых лютых грешников". Другие сибирские дома умалишенных того времени едва ли были лучше описанных, так как при отсутствии специальных психиатров, врачи считали тяжелой обузой заведывание домами умалишенных и вершителями порядка в последних фактически являлись служители. Люди грубые недисциплиниро­ ванные, при отсутствии надзора за ними, превращали дома умалишенных в ад. Все это происходило в Сибири так недавно-в самом конце прошлого столетия, нпрочем, оказывается и начало нынешнего столетия ушло неда­ леко от прошлого. Томский желтый дом, по словам д-ра К. Н. Завадовского на 1-м С‘езде врачей Томской губернии, представлял из себя тяжелое зре­ лище: « Метод прикручивания к кровати практиковался в нем широко». Не смотря на все ужасы сибирских «желтых домов, они тем не менее были переполнены: не было отбоя от новых больных, так как с ними боль­ ше некуда деваться. В первую очередь принимались, конечно, больные кри­ минальные, которые составляли большой проц. в домах умалишенных, нанрим., в Иркутске в конце прошлого столетия проц. этот был в среднем около 30. Большинство же гражданского населения, • нуждающегося в психиатри­ ческой помощи, оставалось без таковой, вследствие отсутствия настоящих лечебных заведений и отсутствия психиатров. Сколько душевно-больных было и есть среди населения сибирских гу­ берний, об этом никому неизвестно, так как не только переписи, но даже приблизительного учета их по обращаемости не производилось. Если коли­ чество душевно больных для некоторых губерний России установлено 2 у 2 - 3 и выше на тысячу населения, то для Сибири этот коэффициент необхо­ димо повысить, основанием для этого может служить следующее: 1. Усилен­ ная насыщаемость Сибири без тщательной фильтрации преступным элемен­ том, среди которого проц. душевно-больных несомненно очень велик. 2) Су­ ровая природа и климатические условия, требующие огромного напряжения психики в борьбе за существование. 3) Большой проц. пришлого бродячего элемента, дающего всегда высокий проц. душевных заболеваний. 4) Большое распространение алкоголизма среди населения. 5) Крайний недостаток меди­ цинской помощи, вследствие чего распространение и невозможность свое­ временного систематического лечения сифилиса, туберкулеза и др. болезней. Выше было упомянуто, что большинство нуждающихся в лечении не могло получать такового за отсутствием лечебных заведений. Таково поло­ жение было не только в конце прошлого, но и в нынешнем столетии, не­ смотря на то, что в 1908 году в Томске была открыта окружная лечебница на 1050 коек. По данным, представленным 1-му С'езду врачей Томской гу­ бернии в 1917 г., количество душевно-больных, обесиеченных стационарною помощью, не превышало 5 проц. всего количества больных, нуждающихся в призрении и лечении. 1924-й год застал психиатрическую лечебную помощь Сибири сокра­ щенною на 25 проц. иротив довоенного времени (по данн. Леч. п/о Упр,