Дедов ПП_Русская доля

в природе, и собаке даже стал сниться после этого его свирепый облик. Она боялась зверя и искала встречи с ним, - больше всего ее мучила неизвестность... Теперь она каждый день меняла место своего пребывания, убе­ гая на десятки верст, но зверь неотступно следовал за ней, словно привидение. Белка совсем потеряла покой и аппетит. Ночами, в коротком и тревожном забытьи, ей порою виделись странные картины: кос­ тер и люди возле костра, - длиннорукие, волосатые, закутанные в звериные шкуры. А вокруг - черная ночь и стерегущие огоньки злобных глаз во тьме... Белка встряхивалась ото сна и уже наяву чувствовала всем существом чей-то пристальный, пронзитель­ ный взгляд. Порой она не выдерживала и, задрав морду, начинала выть, как воют волки. И в этом вое была неизбывная тоска, пришедшая че­ рез многие поколения из глубины веков: страх перед смертью, не­ осознанный ужас бытия... Предзимье - пора ветров и бурь. Широко и мощно ходили по земле длинные ветры, и грозным рокотом отзывалась им тайга. И каждое дерево здесь имело свой голос. На опушках, в голых вершинах берез и осин ветер буянил, отзываясь разбойным пос­ вистом, а в глухомани таежных урочищ стонал и выл ночным ле- шием. Играя с ветром, по-кошачьи перебирали лапами сосны, а угрюмые ели злобно шипели темной хвоей. Белка продолжала кружить возле той таежной деревни, где с ней так безжалостно и несправедливо расправились, и за что она жес­ токо теперь мстила. Но, пожалуй, не это, не злобное чувство мести удерживали ее сейчас поблизости от людей, а скорее страх, огром­ ный и леденящий ужас от постоянного присутствия неведомого зверя, которого она чувствовала каждой клеткой своего существа. И она инстинктивно тянулась к людям, еще смутно надеясь, что они смогут защитить ее в минуту смертельной опасности. Эта надежда на всесилие человека была у нее в крови, привитая веками совместной жизни, - хотя это и не мешало Белке по-пре