Дедов ПП_Русская доля

но с такой женщины древний скульптор вытесал каменную бабу и поставил ее в степи как символ вечного присутствия человечес­ кой жизни на земле. К СОЛНЦУ НЕЗАКАТНОМУ Вожак, не замедляя лета, протрубил резко, повелительно, и тотчас вся стая пошла на снижение. Гуси делали круги над пле­ сами, и все не решались, боялись опуститься. На землю уже не доходили солнечные лучи, и вода была алой от вечерней зари, а камыши - сумрачными и таинственными. Кажется, ничего пугающего не было видно внизу, а гуси все кружили и кружили, не веря обманчивой неподвижности и тиши­ не камышей. Совсем недавно потеряли они двух своих товари­ щей, когда вот так же шли на посадку, а из густых зарослей вдруг полыхнуло сразу с десяток выстрелов... Птицы все кружили, а вожак отделился от стаи и, выгнув книзу гибкую шею, рискуя, пролетел низко над самыми камышами и только потом тихо опустился на воду. За ним села вся стая. Голодные птицы сразу же расплылись по всему плесу. Они ны­ ряли на дно, раскапывали ил, жадно глотая шилки. Когда какая- нибудь из них, увлекшись, начинала плескаться, раздавался не­ громкий, сердитый голос вожака. Наевшись, птицы сбились у теневой стороны плеса и замерли в чуткой дремоте. Только вожак тихо плавал вокруг стаи, насторо­ женно вскидываясь при каждом шорохе. Уже не колыхались на мелкой ряби золотые отблески поздней зари. Над плесом потянуло прохладой глубинных вод. Темным пологом накрыла землю широкая апрельская ночь, рассыпав звез­ ды по тихой воде... ...Краток, тревожен отдых у перелетных птиц, бесконечно дли­ нен и суров их путь. Завтра с первой полоской зари позовет их в дорогу трубный клич вожака, и снова поплывет внизу бурая ве­ сенняя земля, еще неуютная и неприбранная после снега. В синей дымке замаячат вдали большие города и маленькие поселки, как попало разбросанные на необъятном просторе.