Дедов ПП_Русская доля

ной униформе, крупный самец, багровая рожа, как говорится, с похмелья не уделаешь, видать отожрался на вольных хлебах, у хозяйки на особом благоволении состоит. Саму же мадам, завернутую в огромную соболью шубу, и не раз­ глядеть: одна головенка высовывается, как из панциря у черепахи. Мадам обходит витрины с колбасами, паюсной икрою, разными за­ морскими деликатесами и, почти не глядя, тычет пальчиком: «Мне это, это, это...» Потом, волоча по полу шубу, направляется к выходу в сопровождении своего груженого сумками холуя. Когда дверь за ними закрылась, одна из продавщиц пропела вслед: Повстречал я тра-ля-ля-ля Не заметил в попыхах: То ли шуба, то ли баба, То ли тра-ля-ля в мехах. - Должно быть, заметил, - отозвалась пожилая продавщица. - Вишь, как выгибался перед ней, - как говно через палку... Я тоже направляюсь к выходу, делать здесь нечего, как сказал поэт: «ко всему мне прицениться, ничего мне не купить». В две­ рях сталкиваюсь с солдатом, задерживаюсь из-за всегдашнего своего любопытства. Солдатик ростом мал. В своей рыжей шине­ ли, перепоясанной широким ремнем, похож на пшеничный сноп. По развалистой походке и несмелым повадкам угадывался в нем парень деревенский. Видимо, влекомый запахом, он сразу направился к хлебному отделу, ноздри курносого носа, бледнея, раздуваются от сытного ржаного духа, в глазах просверкивает голодный блеск. Продавщица за прилавком - длинная некрасивая девица. Она присмотрелась к парню и вдруг стушевалась, густо покраснела. - Ты это... Денег, наверное, нет? - спросила охрипшим голосом. Лицо солдата тоже покрылось розовыми пятнами, он потоптал­ ся и стал отходить, а девица схватила ржаную буханку, потом бе­ лый батон и резко выбросила руки вперед: - На вот, возьми, пожалуйста! Парень испуганно попятился назад, но продавщица выбежала из-за прилавка, со злостью, казалось, сунула ему хлеб.