Дедов ПП_Русская доля

ялись, называли его трактор музейной редкостью. А учительница приводила на полосу ребятишек, когда в школе проходили тему: «С чего начинались колхозы». Дед проработал на колеснике лет двадцать и расставаться с ним не желал. Боронил помаленьку, дисковал, сам и ремонтировал. А когда стал стар и ушел на пенсию, трактор покрасили и постави­ ли в колхозном сквере на пьедестал почета... Любил Володька в детстве к деду на пашню бегать. Случалось под хорошее настроение попасть, - за рулем катался, гордо воссе­ дал на железной тряской беседке с дырками, - такие сиденья те­ перь у сенокосилок да у конных граблей остались. Сейчас все это Володьке припомнилось, и в голову пришла шаловливая мысль: - Сможешь, дед, на моем «Кировце» управиться? - Дак, а чо, поди, не смогу?.. Такой же колесник, - старик пос­ тукал кривой палкой по огромному резиновому скату. - Гы-гы-гы! Такой же... Сто лошадиных сил! -Лошадь лошади рознь... Мой «четезешка» супротив твоего гро­ милы корыстный ли? А сработал на своем веку не менее, - обид­ чиво проговорил старик и с трудом забрался в просторную кабину, уселся в мягком кресле. Только теперь смягчился, проворчал: «Как в избе, язви тя... Не тока работать - жить тутока можно...» - Во, во - сиял Володька. - А говоришь - такой же колесник. Смотри - вот муфта сцепления. Это скорости... Дед Максим, до судороги напрягаясь, дрожащими руками пере­ водил рычаги, а внук показывал, учил. Так было и много лет назад, только было все наоборот... ПОГОНЯ Деревенскую тишину летнего дня неожиданно взорвал птичий переполох. Из-за соседнего дома вывернулся ястреб, которого преследовала пара ласточек. Видать, набедокурил злой стервят­ ник, нарушил семейную идиллию самых ласковых и безобидных на земле пташек, и они с отчаянными пронзительными криками гнали его прочь от своего гнезда. Ястреб стремительно шел в нырковом полете, со свистом рас