Дедов ПП_Русская доля

- Это еще мало. Они жары боятся. А вот вечером... - Ты не рад, что я приехала? - спросила Маруся. - Рад, конечно. —А почему ты меня не поцелуешь? Я обнял ее за прохладные после купания плечи. —Холодная, как лягушка, да? —улыбнулась она. —Зато сердце у меня горячее... Мы сели на бережку, на мягкую и яркую гусиную траву. Маруся рассказала, что она отослала документы в Томский университет, на геологический факультет. Ее, как медалистку, должны были принять без экзаменов. Я чувствовал, что за это короткое время, пока мы не встречались, вроде бы стал отвыкать от Маруси. А если бы прошло несколько месяцев?.. Я спросил у нее, почему она решила поступать на геологический факультет? Бродить по горам и лесам, чего-то искать, - эта романтика у меня не вязалась как-то с характером основательной, домовитой Маруси. Все что угодно, но искать ветра в поле... - Геологи ищут земные сокровища, хочу и я найти себе богат­ ство и счастье, —не совсем понятно ответила Маруся. —Ненадежное это дело —искать. Кто чего потерял-то, чтобы искать? —А если не искать —надежное это дело? —опять непонятно и даже с обидой в голосе спросила Маруся. Вот и разбери-пойми этих женщин... Я ложусь навзничь. Гу­ синая травка густая, упругая, - сквозь рубашку приятно холодит спину. Маруся сверху вниз долго смотрит мне в лицо, постепенно глаза ее туманятся, заволакиваются черной влагою, и она бессиль­ но клонится ко мне, тянется губами к моим губам. Что же мешает мне схватить ее, прижать к своей груди, стиснуть до боли, мгно­ венно захмелев от поцелуя? «Совсем я отвык... Совсем чужая...» —мелькает в голове, и в это время слева в кустах слышится тихий шорох. Я поворачиваю голову и успеваю поймать в листве два расширенных в ужасе глаза... Осторожно отстраняю Марусю и поднимаюсь на ноги. Она так и остается сидеть, сгорбленная, пе­ чальная, с опущенным лицом, залитым краскою стыда, а может,