Макаров А. Ф., Родимая глушь - 2014

его ног тек ручей с чистой и прохладной водой, а в воде те­ нью мелькали рыбки, иногда выпрыгивающие за насекомы­ ми. Вкус воды был лучше любого нектара. Хотя откуда ему знать вкус нектара? Легкие не хрипели, а мозг не требовал кислорода, и состояние блаженства без боли, голода и жажды не покидало его. Костер горит ярким пламенем, а над ним висит котелок с водой для чая. Котелок и кружку он нашел висящими на ветке дерева. В углях печется картошка, которую выкопал в поле. Испеченные клубни он прутиком выкатил из костра и разломил один из них. В нос ударил запах, которого он не помнил. От картофелины поднимался пар, а в разломе — крупинки крахмала. Так подумал старик. Она такая вкусная, да еще чай из цветов кипрея, выпиваемый медленными глот­ ками. Рядом с его импровизированным столом из пня рос­ ла цветущая роза. Он никогда не видел таких ярко-красных цветов, как и вообще никаких цветов. «Королевская роза», — подумал старик. Сознание несет его в черной трубе, подобно птице. Ста­ рику так приятно лететь без боли и хрипов в легких. Как вдруг в конце тоннеля появилась точка света — вначале ве­ личина пятна с иголочное ушко, но, быстро увеличиваясь, она неслась навстречу. Он понял, что сознание возвращает его в надоевшую комнату. — Не хочу, не хочу, не хочу-у-у! — ему казалось, что он кричит. Серое окно от пыли и грязи выплыло в его сознание. Пер­ вое время жилец и не почувствовал хрипа в легких, как будто воздух стал чище и кислород в атмосфере комнаты восстано­ вился до нормы. А какой нормы? Постепенно старик снова стал замечать смрад воздуха, приходившего из трубы венти­ ляции. Он раньше думал — так и положено. На столе стоя­ ла миска с баландой, называемой супом, непонятно из чего приготовленное варево. Он попробовал проглотить его, но воспоминание о печеной картошке и чае не позволили съесть ежедневную порцию калорий. 193