Макаров А. Ф., Родимая глушь - 2014

баки закидывали снасть и ловили судака днем. Но днем он клюет плохо, а риск нарваться на рыбнадзор велик. Инспекторы регулярно делали обходы и штрафовали пойманных браконьеров. Делали это они без злости и боль­ шинство нарушителей знали в лицо. Если ловили рыбака у снасти, то забирали с собой на брандвахту (будка на берегу около плотины ГЭС), где составляли протокол о рыбалке в запретной зоне и уничтожении орудия лова. На самом деле снасть они никогда не забирали. Составив протокол, отпускали браконьера, объяснив для новичков, как дойти до места рыбалки. У них, как и у всех, был план, ко­ торый надо выполнять. К тому же они понимали, что насто­ ящие браконьеры ловят рыбу более уловистыми снастями, да и сами этим пользовались широко. Рыбаки все это видели. Но писаные и неписаные правила надо соблюдать. Первое время можно было за ночь наловить судака пол­ ный рюкзак. Некоторые этим пользовались и ловили на про­ дажу. Мне не хотелось добывать рыбу для наживы, и я ходил два или три раза в месяц. И больше четырех килограммов не ловил, так как этого хватало и себе, и для угощения друзей. Однажды ранним вечером я забросил снасть и закрепил в воде, чтобы показать, что место занято. Резинку крепили в воде от рыбнадзора. Сам праздно сидел на берегу, словно пришел для отдыха и любования вечерним закатом. Инс­ пекторов этим не обманешь, но формально придраться не к чему. Вечером начинался сброс воды через плотину ГЭС, и вода прибывала, наступало время лова рыбы. Вместе с подъемом воды судак начинал интенсивно кормиться мальками, а зна­ чит, попадаться на нашу снасть. Иногда за один заброс брали до двух судаков, а то и трех. К моему приходу крупного хищ­ ника стало попадаться мало, все чаще — менее килограмма. Выше по течению послышалось улюлюканье рыбаков. Я посмотрел в ту сторону — по берегу шла молодая женщина. По ее неряшливой одежде было видно, что она принадлежит к категории бомжей. Женщина предлагала за рыбу любой