Макаров А. Ф., Родимая глушь - 2014

— Еще не известно, кто больше поймает рыбы. До речки, со многими остановками, мы дошли уже засвет­ ло. Многокилометровая долина между грядами сопок была слегка заболочена, и потому Ольгохта всегда имела мутную воду. А кроме того, истоки тихой речки начинались в марях долины, по которой мы шли. Весенняя долина представляла безрадостную картину: не на чем задержать взгляд. Трава в долине еще была прошло­ годняя, пожухлая, и только цветки куриной слепоты цвели в лывах1. По низким местам росли тальники, а на релках — низкорослые дубки. Такого подвоха от природы мы не ожидали. Речка ока­ залась пересохшей, и только местами небольшие бочажки стояли с мутной водой. Надо сказать, что зимы в Хабаровс­ ком крае всегда малоснежные и весной воды от таяния снегов бывает так мало, что реки не поднимают уровень. В этот год на сухую осень наложилась бесснежная зима, и в результате в малых речках воды не осталось. Настроение наше опусти­ лось до нулевой отметки. — Да-а-а, Иван Емельянович, похоже, наша рыбалка на­ крылась медным тазом! Делать нечего, и я, достав из чехла спиннинг, сделал за­ брос в лужу русла пересохшей речки. Каково же было наше удивление, когда через полминуты последовала поклевка, и я вытащил карася! Мы оба заулыбались. Как они пережили зиму подо льдом с таким количеством воды? — Живем, Иван Емельянович! — воскликнул я с радостью. Тесть достал свои спиннинги и молча закинул наживку с крючками в лужу. Невысокого роста, но крепкого телос­ ложения, он, вообще-то, не отличался многословием. Сразу последовала поклевка, и тесть вытащил своего карася и тоже заулыбался. Хабаровские рыбаки карася ловили спиннингом вместо закидушки — так удобнее и дальше закинешь. — Иван Емельянович, я пойду посмотрю еще одну бо- чажинку. 1 Лыва — болотистое место.