Макаров А. Ф., Родимая глушь - 2014

его рассказам, он жил во многих местах и долго нигде не за­ держивался. У него была такая страсть к перемене мест. Сто­ ит Николаю Ивановичу сесть на бревна у палисадника или завалинку дома, как тут же к нему присаживались слушате­ ли, а говорить он мог долго и складно. Чаще всего он расска­ зывал охотничьи, реже — рыбачьи байки. Вот один из правдивых рассказов Николая Ивановича из жизни в нашей деревне: — Иду я раз с Пайцевой старицы после проверки травы под сенокос мимо Глубокого озера, что около болота Черто­ во Бучило. А время было в вечерние сумерки. Смотрю — на пешеходной дорожке лежит корова и мешает мне пройти. Я ее пнул ногой в бок и крикнул: «Цыля! Чего разлеглась на дороге?» Что такое? Вскакивает большой медведь да как ряв­ кнет! Я даже опешил. Он тоже испугался, выпустил на меня струю жидкого кала да и дал стрекача в луку за Глубокое озе­ ро. Обмарал мне, паразит, штаны и сапоги, почти новые, так, что Рае пришлось долго стирать, чтобы запах отбить. Савелий Саников, недавно вернувшийся после ссылки из- за болота, облокотясь на прясло, с восхищением высказался: — Аюшки, во байт! Саниковы были высланы из нашей деревни, как зажи­ точные, во время борьбы с кулаками. Чалдонский говорок с возвращением мужиков с войны у нас изменился, а вот у Саникова остался. Все понимали сомнительную правдивость рассказанного события, но уж очень хорошо и складно Николай Иванович говорил — видно, пропадал в нем талант известного барона. Если случалось близко быть его жене Рае, то она всегда под­ тверждала рассказанное. Уже много лет медведи так близко не подходили к дерев­ не, но раньше, лет пятьдесят назад, был все-таки один случай, когда медведь подошел к деревне за поскотину. Эту правди­ вую историю рассказала мне мама. Жила у нас в деревне старушка, и никто ее кроме как Кло- чихой и не называл. Пошла она в вечерние сумерки искать