Репертуарный листок, август 1964

Реперутарный ‘Мшшнинннншншшшнэ» < шшншпшпшштшиш* ЛИСТОК В помощь коллективам художественной самодеятельности ^ Август, 1964 г. УПРАВЛЕНИЕ КУЛЬТУРЫ НОВОСИБИРСКОГО ПРОМЫШЛЕННОГО ОБЛИСПОЛКОМА, ДОМ НАРОДНОГО ТВОРЧЕСТВА В свободном нынешнем учебном веке | не от попов и знахарей— а ИЗ КНИГ = Узнай о мире | и о человеке \ В. В. МАЯКОВСКИЙ. Я. ВОХМИНЦЕВ НОВАЯ ПЛАНЕТА Постепенно вышел бог из моды, И чудес ему не совершать. Перед- всемогуществом природы Люди перестали трепетать. Как всегда, мерцают звезды- точки, Оставаясь пищей для ума. Там, поверх воздушной , оболочки, Днем и ночью вековая тьма. Бьет лучами щедрое светило В этот черный беспредельный мрак... В нем все так же, как и прежде было... Вроде так же, но уже не так. Там вчера задолго до рассвета, Мы запомнить этот час должны, Пронеслась советская ракета Возле озадаченной Луны. И теперь по заданной орбите Будет мчртчря весь свой яркий эек. посуците. Совершил Нё бог, а человек. Сорок лет над ним трудились все мы. Наши люди нынче говорят: — В сотворенье солнечной системы Мы уже внесли свой первый вклад. В. МАЯКОВСКИЙ ^Нвзосйбнрскай оСл. _ вм & гоютекл ДВА О П И У М А Вливали в Россию цари вино да молебны, — чтоб вместо класса была дурацкая паства, чтоб заливать борьбу красноголовым да хлебным, чтоб заливать борьбу пожарной кишкой пьянства. Искристившийся народ за бутылками орет. В пляс — последняя копейка, Пей-ка, лей-ка в глотку водку. Пей, пока у кабака ляжешь отдохнуть от драк, расфонаренный дурак. С этаким ли тшолизом “Ч социализм? <л пТ1*уХЛИ сжать себя в дисциплине? Им не пройти и но ровной линии! Рабочий ответ — Нет! В жизнь вонзи, Владимир АЛЕКСЕЕВ -класс, строитель - Трезвую волю и трезвый глаз. Мы была убогими, были хромыми, в покорных молитвах горбились в храме. Октябрь эту рухлядь и вымыл, и вымел, и выдал нам землю у зелени в раме. Не сгубим отдых в пьяной запарке, Не водку в глотку, а в лодку на водах! Смотри — для нас расчищают парки, и с флагом сияет «Культура и отдых». РабочЯй класс колонны вывел в оли&лиады З а я ^ к Н Ь м ■кг';г. в коллективе Мы новым ■, упьемся допьяна, вином своих ^ не ослабим воль. Долой из жизни два опиума — бога и алкоголь! СКАЗ О ПУСТОМ ХРАМЕ И ПОПОЙВОДРАМЕ . ^ О М 4 Су \ ч Ч . л Заскучал отец Евлампий, от расстройства исхудал: пусто стало в божьем храме, что ни служба, — то провал. Три прабабушки глухие, дурачок полуслепой... Хочешь — «верую» долби им, хочешь — «Ландыши» запой! Думал отче дни и ночи: «Чем привадить молодежь?». Тут уж, хочешь иль не хочешь, ради бога в грех впадешь! Поп в мошне сво#_я пошарил, радиолу приобрел. И ко всенощной ударил с колокольни рокк-н-рол. Смех и грех по всей округе: — Поп-то! В модники полез! — Выдай, батя, «Боги-вуги»! — Спой «Воистину прогресс»! Молодежь попа дразнила. Старики сказали: «Срам!». Все равно не привалило посетителей во храм. Вновь Евлампию задача: — «Рокк» не в прок — ну, значит, рок!.. Будем действовать иначе! Дайте срок! Да будет прок! Раздобыв путем окольным, приволок однажды поп и втащил ка колокольню переносный телескоп. Хочешь — звездами любуйся, хочешь — спутники считай. А какая-то бабуся три часа искала рай. Толчея у телескопа. Возле храма хвост растет. Так и валят люди скопом поглазеть на небосвод. Но поповскому престижу дал нокаут дряхлый дед. — Вот теперь, — сказал он, — вижу, что и вправду бога нет! Поп, науку проклиная, сам себя измордовал: — Сам ведь им, башка дурная, против бога козырь дал! Снова действуя активно, чтобы богу пособить, в храме выставку картин он порешил соорудить. Закупил у копиистов и развесил средь святых пейзажистов, маринистов, портретистов и других. Не какая-то халтура — все большие мастера! Оглядел свой храм. — Культура! И хихикнул: — Культ, ура! Посетители охотно шли на выставку картин, любовались на полотна, а молиться — ни один! Видя тщетность всех стараний, предлагала попадья: — Может, нам открыть при храме курсы кройки и шитья?.. — Нет! — отрезал поп со вздохом. (Был он, все-таки, не глуп). — Не по мо жет! Бог с ним, с богом! Храм пожертвую под клуб!.. Постоял, взгрустнул немного у развенчанных святынь, снял со стен портреты бога. — Культу, стало быть, аминь! С той поры с занятьем глупым распростился поп навек. И назначен был завклубом как способный человек. Юрий БЛАГОВ >МУ ТОЛЬКО БО ГУ И З В Е С Т Н О . . . Агитаторы наши в былые года По большим городам и по селам В наступленье на бога ходили всегда С комсомольским азартом веселым. С ними песня была, и куплет, и памфлет, Было ярко, смешно, интересно... Почему же теперь прежней удали нет, — Одному только богу известно! В крупном хоре солист-баритон ущемлен: Мало занят в концертной программе. Исходя из потребностей творческих, он Допевает по праздникам в храме. Там без устали тембр демонстрирует свой, С окружением спевшись чудесно... А имеет ли голос местком хоровой,— Одному только богу известно! Как хорош Дом культуры в районе одно) Ценных лекций провел он немало, Про инжир, про Алжир, про лечение сном' Про полезные свойства крахмала. Про Луну, целину, детский хор, кругозор — Все солидно, доступно, уместно... Но когда про сектантов пойдет разговор, — Одному только богу известно! Выполняет свой план в нашем городе храм, Несмотря на живучее мненье, Что в космический век собираются там Лишь кликуши одни на моленье. А туда коммунист заходил не один, Там не только по праздникам тесно... Сколько ж в храме^^ 5 «аний прошло и крес1 Да, безбожников" ишЬмя*пгль!>,- и Заподозрить в воинственном пыле:’ О свободе религии 'помнят они, А свободу безбожья забыли. Дескать, вера — весьма деликатный вопрос, Тут в атаку идти неуместно... И когда в атеистов вселился Христос, — Одному только богу известно! КЗ з а А. СУРКОВ ТЫ Д У М А ЕШ Ь , ЭТО НЕ СТРАШНО БЫЛО? Ты думаешь, это не страшно было — Решить, что бога на свете нет, Что в нашей вселенной иная сила Заведует ходом звезд и планет? А это не просто — ночью проснуться И, видя паденье звезд с высоты, Познать бесконечность и не ужаснуться Тому, что в мире пылинка ты. Не просто знать беспощадно ясно, Что смерть придет — и судьба твоя, И все, что в мире было прекрасно, Угаснет с твоим беспокойным Я; Что можно жить без аллаха и спаса, Без райских приманок и адских мук И страх пересилив, до смертного часа Не выпустить душу из собственных рук. Лишь смело покончив с последней химерой, Сердца леденящей, как холод ночной, Ты плечи расправишь и полною мерой Познаешь радость жизни земной. Слова человеческой песни слыша, Почувствуешь, зову природы в ответ, Что люди — хозяева мира, и выше Идеи и силы на свете нет.