Сибирские огни, 1963, № 10

Э. З и н н е р М А Л Е Н Ь К И Е Л Ю Д И 5 Б О Л Ь Ш О М . К О С М О С Е 1 7 о гд а меня в десятый раз спроси- * * ли, читал ли я повесть Станисла­ ва Лема «С ол ярис»1, я в десятый раз вы ­ нужден был ответить отрицательно, и этим мои ответы неизменно вызывали у моих собеседников одну и ту же состра­ дательную у л ы б ку — так смотрят на безнадежно отсталы х людей. Я был заинтересован и прочитал по­ весть. Когд а меня снова спросили, я от­ ветил с невеселой улыбкой, что прочи­ тал и даже, п ож а л уй , «заболел» от по­ вести, боюсь вечером пройти по темно­ му переул ку, мне все кажется, что из-за угла вд р уг появится что-то страшное, липкое... Посудите сами. На ста нц ию -спутн и к планеты Солярис с косм ического корабля «Прометей» спу­ скается контейнер с человеком. Кельвин делает первые неуверенные ш аги, огл я­ дывается. Везде в беспорядке свалены баллоны для сж а ты х газов, коробки, банки. На полу растеклась л уж а масля­ нистой ж и д ко с ти , в разные стороны идут следы ботинок, четко отпечатавши­ еся в этой ж и д ко с ти . Слышен резкий не­ приятный запах. И , наконец, появляет­ ся первый ж и в о й обитатель спутн ика — Снаут. М ален ький, изнуренный человек с лицом, обожж енным солнцем. К о ж а клочьями висит у нега с носа и щ ек. Читатель немного удивлен: он как-то иначе представлял себе внешность за­ воевателей космоса, он помнит фотогра­ фии Титова, Гагари на, и нарисованный Лемом портрет Снаута вызывает неко­ торое недоумение. Пусть будет так, но мы вправе ож идать, что жители спутн и ­ ка, давно уж е отрезанные от всего зем­ ного и привы чного, с радостью встретят свежего человека с родной планеты. Н и ­ чего подобного — Снаут смотрит на Кельвина, к а к бы пораженный ослепи­ тельным светом. Он охвачен каким -то бе­ зумным страхом , и это ощущение у ж а ­ са передается и Кельвину. «Я сделал ш а г. Он скорчился в кр е с­ ле. «С н а у т» ,— прошептал я. Он вздрог­ нул, к а к будто его ударили. Глядя на меня с неописуемым отвращением, про­ хрипел: «Не знаю тебя, не знаю тебя, чего ты хочеш ь?..» Снаут не спускал с меня налиты х кр о вью глаз. Страх у х о ­ 1 Станислав Лем. Солярис. Фантастическая по­ весть. П еревод с польского Дм. Брускина. «Звез­ да», 1962, № 8. 9. 10. дил с его лица, но ие исчезло с него от­ вращение. «Ч то с тобою?..— спросил я его вполголоса.— Ты болен?» — Заботиш ься...— сказал он тихо.— А га . Будешь заботиться, да? Но почему обо мне? Я тебя не знаю . — Где Гибарян? — спросил я. На секунду С наут потерял дыхание. Е го глаза снова стали стеклянными. В них вспыхнула какая-то искорка и тотг час угасла. — Ги... Г иб а ...— пролепетал он .— Нет! Он затрясся в беззвучном идиотском смехе и затих». Действительно, где остальные члены экипаж а спутника, Гибарян и Сартори- ус? И з бессвязного лепета Снаута мы с трудом улавливаем, что Гибарян утром погиб. Покончил с собой. А Сарториус? Он, очевидно, сошел с ума, не желает видеть Кельвина, прячется от него. Рас­ терянный Кельвин бесцельно бродит по переходам и коридорам спутника. И вдруг он видит большую неясную, почти сливающуюся с полумраком фигуру. Не спеша, по-утиному покачиваясь, прохо­ дит огромная не гр итянка. В темноте мерцает блеск ее белков и слышится мягкое шлепанье босых ног. Что здесь происходит? Ответа нет. Обитатели сп ут­ ника прячутся д р у г от друга, все о кута ­ но атмосферой тайны , недоверия, недо­ молвок. Снаут молчит, Сарториус нико­ го к себе не пускает. Кельвин грозит высадить дверь, тогда, наконец, Сарто­ риус выходит из своей комнаты , боязли­ во "прижим аясь к двери, ка к будто кто- то пытается ее приоткры ть. За его спи­ ной раздается з в у к маленьких ш аж ков, будто бегает ребенок. И детский смех. Пронзительный скр е ж е т бьющегося сте к­ ла, снова заходящийся детский смех. И опять тягостное молчание. «Он стоял передо мной, заслоняя собой дверь, очень вы сокий, худой; казалось, его те­ ло под кремовым трикотаж ным комби­ незоном состоит из одних только кос­ тей». А в холодильнике лежит труп Ги- баряна. «Черные волосы с седой полос­ ко й надо лбом гладко прилегали к чере­ пу. Кады к торчал высоко, переламывая линию шеи. Вы сохшие глаза смотрели прямо в потолок, в у гл у одного глаза со­ бралась мутная ка п л я замерзшей воды. Холод пронизывал меня, я с трупом за­ ставлял себя не стучать зубами. Не вы ­ пуская савана, я другой рукой при кос­ нулся к его щеке. Ощущение было та­ кое, будто я дотронулся до мерзлого по­ лена...» А рядом, под одним и тем же саваном, лежит... не гр итянка. Кельвин решил, что сошел с ума. И , ка к это ни странно, в этой мы сли он находит успо­ коение, засыпает. Просыпается и видит: напротив кровати, под окном сидит Х а ­ ри, его жена, умерш ая десять лет тому назад. А потом... Здесь можно было бы со спокойной со­ вестью захлопнуть к н и гу и, пожав пле

RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2