Русский календарно-обрядовый фольклор Сибири и Дальнего Востока: Песни. Заговоры. - 1997. (Т. 13).

и под ним сед конь бел ездит по лесам и по чащам, по заломам и по выскарям и загоняет зайца белого и серого и широколапого и широкозадого на свои дорожки и на свои тропинки. Бежали бы зайцы белые и серые по моим ловушкам и моим пастушкам, не оглядывались, не отворачивались и не отпячивались во веки веков. Аминь! Как реки и истоки мелки урочища бегут-избегают, так бежали бы зайцы белые и серые, широколапые и широкозадые на свои дорожки, на свои тропинки, по моим ловушкам и пастушкам, не оглядывались, не отворачивались и не отпячивались. Тем моим словам ключевое слово: которое слово переговорил, которое не договорил. Как прутик у меня в зубах, так был бы заяц у меня в руках. 359 Стану, благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверьми, из дверей в ворота, на восточную сторону, под красное солнышко, под млад светел месяц, под частые звезды, под океан-море. На этом на океане стоит мать Божья церковь, на престоле сидит Мать Пресвятая Богородица. Подойду к ней поближе, поклонюсь пониже: — Ой еси, Мать Пресвятая Богородица, как на небесах гром гремит, так бы моя шестилинейная винтовка гремела, била птицу летящую, зверя рыскающего. Аминь! 360. Перед охотой Стану я, благословясь, пойду я, перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, в чистое поле, в широкое раздолье, по горам я, по долам, по темным лесам, на добрую бирдяну.