Русские сказки Сибири и Дальнего Востока. Легендарные бытовые - 1993

Он и решился ночи ждать. — Только будем его дело без огня дела т ь. Я и замуж в ы ходила, решилась с мужем, чтоб ети глупости при огне не делать. А он и думат: "Ладно, я кольцо (он приметил у ей его) с тебя ночью сыму, мужу указ привезу". Как оне поужнали, приказ ы ват она горнишной постель в спальне приго­ товить. Ну, и как она, хозяйка, отлучилась, и горнишну заговорела . — Ночуй с етим гостем, и я т ебе тьнцу рублей дам. А я тебя надушню, одену, — говорит. И перстень свой с руки ей дала. Она и согласилась. На спокой легли ета горнишна и офицер. Ну, потом уж как (в)с т аватъ надо, он ладит кольцо с пальца ташшить. А оно туго было — не идет. Он не долго думал, взял да и отрубил кольцо с пальцем. Горнишна встала — ну и хозяйке с обидой: — Что он надо мной доспел — палец отрезал! Хозяйка ее уговариват: — Ну, ничего, я т ебя не обижу, как ты за меня пострадала, будешь ты на век наша участница. По т ом хозяйка горнишну ету спрятала, а сама руку на темляк повесила и замотала бинтом, будто у ей отрезано. Потом, как стал етот офицер, сяли оне завтрекать, закус ы вать. Она и говорит: — Вот какую в ы подлость сделали, у сонной у меня палец отрезали. Он стал ей казною [предлагать]: — Что вот я столько-то тебе дам. Она с его копейки не взяла. Отправился с ее гость — отправился к ее мужу. Радый такой. Она после етого гостя сейчас в полицию, в церкву, и приказала легку шлюпку сейчас в погоню за ним — вместе с горнишной к мужу, узнава т ь, как он там. Смекат, ч т о не зря етот гость приезжал. И оделась в муску одежу, волосы остригла, приезжат и идет в ту же гостиницу. Тут сидят тоже карьтежат — и увидела гостя етого, который ночевал у ей. И спрашиват: — Чо у вас тут хорошенького, какой торг, чо почём? И оне ее спрашивают. Так идет у их беседа. И о т вечает ей офицер: — У нас седни будет новенькое, одного вешать будем, за жану вручал шибко. Та спрашиват: — Почему так? Он объяснятся и говорит: — Вот, значит, никовда нельзя за жану прис т авать. Долго она т ут беседовать не стала, пошла по полициям по разным, со всем бумагам. К надзирателю пошла: — Не могу ли я его увидать? Надзиратель говорит: — Как рестантох в баню поведут, перед вешальницей мыть — тут т ы его и можешь увидеть, а больше нельзя, никак, не можем допустить. Ну, как повели в баню, идет она к етой бане — караульны ее не пропускают туд ы . Ну, она сунула там имя, пропустили ее на четверть часа. Потом она имя обсказыват: — Товаришш мой был самый задушевный — хочу проститься с ем. Заходит она в баню.