Русские сказки Сибири и Дальнего Востока. Легендарные бытовые - 1993

— Ну как ты тут? Здорова ли т ы ? Как у тебя тут со здоровьем-то? Поди дома-то ты тут не можешь убраться, одна ведь находишься. Давай, матушка, постель надо перехлопать, все пылью запылилося . — Да ладно, Ванюшка, я уж сама тут п е р е хлопаю. То-друго тут. — Да, но под старость лет да ты будешь такую тягость хлопать. Подхват ы ват эту перину, выносит на улицу и пошел об угол эту перину колотит ь . А т а м вместе с ей дьячок об угол колотится. Выколотил перину Ванюшка, собрал продукты и опять уехал, ничо не сказал батюшке. Сам помалкиват, похохатыват, а батюшке ничо не говорит. Вот теперь ладно. Опять снова настает время, опять просится: — Пусти меня, батюшка, домой. Я съезжу попроведаю, как там матушка, поди она больна да поди то-друго. — Ну поезжай. Поехал Ванька туды, домой, сел под окошко и слушает, чо дьячок с матушкой разговаривают. А дьячок-то (Ванька-то всю неделю целу не б ы л, ну пашня есть пашня — тут работа болыпа) говорит, отхворался и говорит: — Переколотил ведь он мине, чуть все духи не отбил, дак вот теперь куда его дева т ь? А матушка говорит: — Ладно, я , — говорит, — средство, мне сказали чем. Надо их сахаром накормить сладким, от сладкого глохнут, а от масла они ослепнут. Вот они приедут в субботу-то в баню, дак я их, — говорит, — маслено накормлю да сладко, дак они оглохнут и ослепнут. Ладно. Ванька не зашел даже в избу, никаких продуктов не взял, а приехал на пашню и рассказ ы ват батюшке, как он первый раз ездил да второй раз ездил да чо он это сделал — все это пересказал батюшке. — И вот теперь длатушка для нас готовит средство, чтоб ы нас с тобой накормить как можно сладким и как можно масленым, потому что от масла слепнут, а от сахару глохнут. Ну ладно. Суббота подходит, батюшка уже в курсе дела, при е зжают они домой. Приехали домой, а матушка-а-а готовит т ут! — прямо п ы ль столбом чо у нее т ут готовится, наготовила и сладкого, и все. — Садитесь, садитесь, садитесь. А дьячок у ей т ам спрятанн ы й, что никаких делов. Ну сели за стол Ванька с батюшкой, вот ели, ели, а батюшка-то понарошке по столу шарит и говорит: — Ванька, я чо-то не вижу, где мой чай-то стоит. А Ванька-то и говорит: — Да и я не вижу, — тож е шарит по с т олу. Да друг дружке орут, ничо не слышут. Вот сидят это, представляются оба. А ма т ушка радешенька, что дескать "подействовали мои препарат ы все на их — они о с лепли и оглохли". Ну раз ослепли и оглохли, дьячок-то приходит, и оне пошли в комнату. Ушли оне с дьячком в комнату, а батюшка- т о приносит бич, которой понужал лошадей, ременной, хорошой. Да. Заходит в комнату, как давай-ка их там драть, давай драть, дак и етот дьячок не знал куда бежа т ь, и матушке досталося. И с тем матушка-то отступилась от дьячка, чуть этого дьячка-то совсем не уходили.