Пономаренко Л. Н., Я был пехотой на войне... - 2009

Л.Н. Пономаренко Я был пехотой на войне. было не в кого: все 900 человек, что были в эшелоне, укрылись в яблоневых садах. До станции нам пришлось идти пешком. Причем идти мы могли только ночью - тогда, в сорок втором, истребители за каждым нашим солдатом гонялись. Моя стрелковая рота попала в 39-ю гвардейскую ди­ визию, которая сражалась в районе станции Клетской. В битве за Сталинград отличились многие под­ разделения и части. Свыше сорока полков дивизий сибиряков стали гвардейскими. Сибирякам прихо­ дилось воевать, как правило, на наиболее опасных направлениях. Их стойкость и мужество изумляли даже противника. Немецкие генералы после поражения под Ста­ линградом отмечали, что сибиряки «сражались с ис­ ключительным упорством, имели поразительную вы­ носливость и могли выстоять в самых напряженных боях, обходясь без многого» (Клейст); «Они умеют защищаться и стоять насмерть... Попытки одолеть их стоили много крови» (Блюментрит). Командующий 6-й армией генерал-фельдмаршал Паулюс, сдавший­ ся в плен в Сталинграде, скажет: «Приказывая любой ценой удержать Сталинград, фюрер знал, что постав­ лено на карту. Он знал, что от исхода битвы за Сталин­ град зависят судьба похода на Восток и вообще исход всей войны». Понимал, и знал, и упорно цеплялся за каждую пядь Сталинградской земли, фанатично заяв­ 26