Новосибирск-Новониколаевск _ Т 1

Н о в о н и к о л а е в с к — Н о в о с и б и р с к В Западно-Сибирском крае в это время действовали 26 банд. Банды Джакоева и бывших партизан Ярославцева — Чупина, Зырянова, Хмелева, Огнева — Вершинина, Архипова, Саражо- кова, Яковенко и других наводили ужас на население. Они уничтожали председателей сельсове­ тов, райисполкомов, секретарей райкомов, партячеек и работников милиции. Нередко уничто­ жались целые семьи. Часто сообщалось о массовых побегах из тюрем, которые размещались в старых деревянных домах, совершенно не приспособленных для содержания заключенных. Сбе­ жавшие, как правило, пополняли банды. Активность банд вызвала тревогу у властей. Заместитель полномочного представителя ОГПУ по Сибири Бак докладывал заместителю председателя ОГПУ Ягоде, что «борьба с бандитиз­ мом идет слабо. Местные власти и милиция ситуацией не всегда управляют . У крестьян неред­ ко создается мнение, что милиция, а с ней и Советская власть с бандитизмом не справят ся или не хотят бороться». В связи со складывающейся обстановкой Сибирь с 1 декабря 1926 г. по 1 февраля 1927 г. объявляется неблагополучной зоной по борьбе с бандитизмом. Постановлением ВЦИК СССР от 9 декабря 1926 г. властям дается право внесудебной расправы по 76-й и 184-й статьям Уголовного кодекса. 18 декабря 1926 г. проведено закрытое краевое совещание по борьбе с преступностью. Совещание обсудило задачи по борьбе с бандитизмом и хулиганством, избиением и убийствами советских и партийных работников. Борьбу с бандитизмом в основном вел уголовный розыск путем агентурных разработок, разведки и захвата бандитов оперативными группами, к которым активно подключалась местная милиция и органы ОГПУ. В районы действия банд направлялись особоуполномоченные ОГПУ с 6 отрядами по 1 2 0 человек и группы уполномоченных по агентурной работе в отрядах. 2 марта 1927 года в докладной записке полномочный представитель ОГПУ по Сибири Заковский писал секретарю крайкома ВКП (б) Сырцову и председателю крайисполкома Эйхе, что действующие на территории Сибири банды ликвидированы. Бандитизм пошел на убыль, но в 1928— 1929 гг. возникли новые проблемы — резко повы­ шается сельскохозяйственный налог на кулака и среднее крестьянство. Новый налог подрывал перспективы основного производителя — зажиточного крестьянина и середняка — и порождал иждивенческое настроение бедноты, поскольку её освобождали от нового налога и обещали от­ дать 25% хлеба, отобранного у кулака. Этот удар надломил основного производителя хлеба. За два года сельское хозяйство пришло в упадок. Сибирь, которая в годы Гражданской войны и все последующие годы кормила и себя, и центральные губернии России, стала голодать. Это, есте­ ственно, вызвало активное недовольство широких масс населения, как в городе, так и на селе. Но это было только начало, своего рода генеральная репетиция перед коллективизацией. МИЛИЦИЯ В ГОДЫ КОЛЛЕКТИВИЗАЦИИ Беднота раскулачивание поддержала — иждивенческие настроения работали. Но для проведения коллективизации поддержки одной бедноты было недостаточно. Чтобы побороть сопротивление, переселить сотни тысяч лишенных всего людей в необжитые места, нужна сила всей государственной машины. Одной из важнейших составляющих этой силы являлась мили­ ция. К проведению коллективизации её привели в боевую готовность. В феврале 1928 года Главмилиция и НК РКИ СССР провели проверку работу милиции и уголовного розыска Новосибирского и Кузнецкого округов. Анализ материалов обследования говорил о низкой профессиональной подготовке милиции. 79% командного состава и все милиционеры не имели специальных знаний, только один из д е­ сяти работников уголовного розыска имел милицейскую подготовку. Средний стаж работы — 2— 4 года. Милиционеры в большинстве малограмотные. Теку-